Шрифт:
в дождях расслышать шепот твой
издалека...
из недр ПК...
Невстречи
Сколько у жизни невстреч...
Чтобы от счастья отчалить,
Сердцу довольно печали.
Сколько у жизни невстреч...
Сколько у жизни невстреч...
Всё, чем мы раньше звучали,
Ветер в басах измочалил.
Сколько у жизни невстреч...
Сколько у жизни невстреч...
Сколько нетрясок вагонных,
Неузнаваний перронных.
Сколько у жизни невстреч...
Сколько у жизни невстреч...
И, незапятнанно нежных,
Сколько не нас у надежды.
Сколько у жизни невстреч...
Я оставляю в вене
Как странно быть вчера, перетекая в завтра,
Как глупо за порог удачи заглянуть,
И – повернуть назад, и снова сесть за парту,
И, как всегда, гадать, где должен был свернуть.
А там, где рыжий пес заглядывал в тетрадки,
Где он покойный сон из плюша сторожит,
Я замесил раствор для самой крепкой кладки,
Но сыпется кирпич, став крошкою для плит.
Усталый мой маяк в гиперборейской дали,
Чуть вспыхнул и – погас... иль это я ослеп?
Здесь не было костров, да мы их и не ждали,
И на жаровне строк пекли свой горький хлеб.
Грошовые слова, полушки повторений...
Менять на медяки возможного алмаз –
Мой недостойный труд...
Я оставляю в вене
Иглу моих утрат – наркотик твоих глаз.
Перегостишь
Ты перегостишь свои сомненья
в золотой заимке сентября.
Чем судьба не шутит: может, зря
ты ныряешь в омут нетерпенья,
может, лучше шагом, но – вперед,
чем назад – рекордными прыжками?
И опустишь занесенный камень –
пусть живёт нескладный рифмоплёт,
в темноте сошедший за кронпринца...
Листопадно высветишь строку,
и, остановившись на бегу,
вдруг поймешь, что лучше помолиться,
и отдаться вектору тепла.
Пусть играют в салки между строчек
нами не растраченные ночи,
и Стожары подтвердят, что зла
не было ни звука в трубке гретой,
и хватало дерзких тем для нас,
только Сущий написал анфас
наши многомерные сюжеты.
Несоединенность миражей
родила игольчатость решений...
Всё, молчу – я против продолжений
ни за что не дёрнувших вирш`eй.
Мне опять – умирать
Мне опять – умирать...
Будет день, будет час.
Удалось подышать –
Не вдохнуть про запас.
И кричит пустота,
На три голоса хор.
Есть мечта, но не та,
Есть сентябрь – странный вор.
Не сдержать голытьбу
Чуть заезженных фраз,
Растащила судьбу,
на заказ – в сотый раз.
Что-то было не так –
Не взлохматишь вихор,
Не прочтёшь мне с листа,
Не спасёшь разговор.
Что-то дали не мне –
И ладони уют,
И щекой – по спине.
Нас уже не спасут...
Бесполезно – на старт,
Бесполезно – не спать.
Как сентябрь, я не стар,
Мне опять – умирать...
Отпусти поводья
Отпусти поводья, лес,
Отпусти поводья, поле!
Понесемся вдоль по воле,
До зеленых до небес.
До зеленых до небес,
В золотом звенящей тройке,
Прочь от серой неустойки –
К шуму, гаму новых мест.
Отпусти поводья, мысль!
Мы в аллюр, зачем же шагом?
Отпусти грехи бродягам,
Всепрощающая жизнь.
В моей молитве
В моей молитве лишь рефрен «Живи!»,
а остальное – многоточье боли.
из точек путь мой –
на Голгофу, что ли, –
по меткам незатоптанной любви.
В мой молитве лишь набат «Дыши!»,
ведь во сто крат дороже кислорода
твоих глазёнок синяя свобода
и свет незатуманенной души.
В моей молитве лишь тоска «Прости
за неспособность стать твоим дыханьем,
дождем, росой, дразнящим утром ранним,