Разумный инвестор - Грэхем Бенджамин

Если люди не доверяют своей валюте, то они, независимо от места жительства, стремятся хранить свои сбережения в золоте. Для американских граждан, начиная с 1935 года, это, к счастью для них, стало противозаконным. На протяжении 35 лет, к началу 1972 года, цена на золото на открытом рынке выросла с 35 до 48 долл. за унцию, т.е. всего лишь на 35%. Но в течение всего этого времени золото не приносило доход своему владельцу. Наоборот, на его плечи ложились все затраты по хранению своего "золотого запаса". Конечно же, более мудрым было бы решение разместить имевшиеся средства на сберегательном счете в банке.

Практически полная неспособность золота служить защитой от потери покупательной способности доллара должна вызвать серьезное сомнение и в возможности обычного инвестора защитить себя от инфляции, вложив свои деньги в ценные вещи [36] . Рыночная стоимость со временем увеличилась лишь по нескольким категориям ценных объектов, таким как бриллианты, художественные произведения величайших мастеров, раритетные издания книг, редкие марки и монеты и т.п. Но во многих, можно сказать, практически во всех этих случаях присутствует элемент искусственных, или безосновательных, или даже нереальных котировок стоимости. Почему-то трудно считать выплату 67,5 тыс. долл. за американскую монету, датированную 1804 годом (но даже не отчеканенную в том году), "инвестиционной операцией". Конечно, операции в этой области требуют соответствующего опыта. Лишь немногие читатели посчитают инвестиционные операции в этой области безопасными и несложными.

Долгое время владение недвижимостью рассматривалось в качестве долгосрочной инвестиции, обеспечивавшей хороший инструмент защиты от инфляции. К сожалению, цена недвижимости также подвержена значительным колебаниям; можно допустить серьезную ошибку при выборе местоположения, стоимости и т.д.; есть также уловки и хитрости со стороны торговцев недвижимостью. И наконец, диверсификация не целесообразна для инвестора со скромными средствами, за исключением различных типов совместного инвестирования с другими лицами. Подобная деятельность тоже не относится к нашей компетенции. Все, что следует сказать инвестору: "До начала операций убедитесь в том, что это ваш вид деятельности".

Конечно же, речь снова пойдет о политике, которую мы рекомендовали в предыдущей главе. Из-за неопределенного будущего инвестор не может позволить себе вложить все свои средства в один вид ценных бумаг — ни в облигации, несмотря на беспрецедентно высокую доходность, которая с недавних пор присуща им, ни в акции, несмотря на прогноз дальнейшей инфляции.

Чем сильнее инвестор зависит от своего портфеля и от приносимых им доходов, тем в большей степени он нуждается в защите от непредвиденных факторов, грозящих убытками. Не требует доказательства тезис о том, что консервативный инвестор должен искать способы минимизации своих рисков. Мы убеждены, что риски, связанные с приобретением, скажем, облигаций телефонной компании при их доходности примерно 7,5%, ниже, чем риски, связанные с покупкой акций, формирующих фондовый индекс Доу-Джонса при стоимости 900 (или другого эквивалентного списка акций). Но возможность значительной инфляции не исключается в долгосрочном периоде, и инвестор должен застраховаться от нее. Мы не можем быть уверены в том, что акции адекватно застрахуют ваши инвестиции от инфляции, но они смогут обеспечить более высокий уровень защиты, чем облигации.

Вот что было сказано по этому поводу в издании 1965 года и что актуально и сегодня: "Для читателя должно быть очевидным, что не следует проявлять энтузиазм по отношению к обыкновенным акциям при таком уровне рынка (значение индекса Доу-Джонса равно 892). По уже указанным причинам пассивный инвестор не может избежать включения в портфель значительной части обыкновенных акций, даже если мы рассматриваем их как меньшее из двух зол — риски окажутся больше, если портфель будет включать только облигации".

Составленный из обыкновенных акций портфель инвестора представляет собой лишь небольшой срез поистине необъятного фондового рынка. Необходимо, чтобы инвестор имел достаточно полное представление об основных событиях на фондовом рынке, особенно с точки зрения, во-первых, колебания курсов акций и, во-вторых, соотношения между стоимостью акций, их общей доходностью и дивидендной доходностью.

Обладая такими знаниями, он сможет профессионально судить о тех возможностях и опасностях, которые присутствуют на фондовом рынке в различные периоды его истории. По случайному стечению обстоятельств статистические данные о ценах, прибыли и дивидендах известны лишь за 100 лет — начиная с 1871 года (Данные за первую половину этого периода не настолько полные, как за вторую, однако они служат полезным источником для исследований.)

Анализируя факты, описывающие историческое развитие фондового рынка, мы преследуем две цели. Во-первых, важно определить общий характер роста стоимости акций на протяжении многих циклов прошлого века. Во-вторых, стоит рассмотреть и взаимосвязь между усредненными за десятилетние промежутки времени данными о курсе акций, прибыли и дивидендах. Точно так же мы последовательно проанализируем состояние дел на фондовом рынке, начав с событий столетней давности и закончив 1972 годом.

Многолетняя история фондового рынка представлена в двух таблицах и на одном графике. В табл. 3.1 рассмотрены колебания фондового рынка (его высшие и низшие уровни), отмеченные в рамках 19 "медвежьих" и "бычьих" циклов в течение последних 100 лет. С этой целью мы использовали значения двух фондовых индексов. Особенность первого заключается в том, что сначала (с 1870 года) приводятся значения индекса Комиссии Коулза (Cowles Commission). Затем, когда его расчет был прекращен, в таблице указываются значения хорошо известного фондового индекса Standard and Poor's 500. Второй, еще более известный фондовый индекс,— индекс Доу-Джонса (Dow Jones Industrial Average, DJIA), расчет которого был начат в 1897 году. Для определения его значений используются курсы акций 30 компаний, среди которых American Telephone Telegraph и 29 других крупных промышленных корпораций [37] .