Небесный хозяин - Азимов Айзек

Рыжий только и успел обернуться, чтобы увидеть, как оно исчезло. Рука его все еще сжимала бластер, когда он длинными хищными шагами направился к Джонатану, ломая и сминая камни-растения. Мальчик с испугом не сводил глаз с его оружия. Этот человек выглядел очень рассерженным.

Он выкрикнул:

— Ты кто такой? И что тут делаешь?

Джонатану сразу захотелось убежать без оглядки, но он поборол страх. У него нет никаких причин бежать, он не сделал ничего плохого. И мальчик ответил:

— Меня зовут Джонатан Деродин. Я просто гуляю.

Глаза рыжеволосого сузились, выражение гнева исчезло с

его лица, уступив место любопытству.

— Ты приехал с инспектором?

— Да. Это моя мама, — ответил мальчик.

— Почему же ты не остался с ней?

— Потому что она занята. Мама сейчас на конференции, и я вышел погулять. Мне никто не говорил, что этого нельзя делать.

— На конференции?

Рыжеволосый резко отвернулся и почти бегом направился к зеленым полям, которые виднелись неподалеку. Джонатан подумал, что, может, ему тоже лучше вернуться на Базу. Еще неизвестно, что этот рыжий начнет рассказывать о происшествии.

Он уже повернулся, чтобы отправиться вслед за ним, как вдруг глаз его уловил рядом какое-то движение. Оказалось, что почти вплотную к нему приблизилось еще одно Колесо, только оно было совсем маленькое, всего лишь Колесико. Оно имело не больше трех футов в высоту и его тонюсенькие спицы вращались совсем медленно. Но оно тоже сверкало многими цветами, по большей части разными оттенками оранжевого.

— Я с тобой здороваюсь, — вдруг услыхал Джонатан слова. То есть он будто не услыхал их, а подумал. Они словно сначала родились у него в уме, а потом он услышал их. Мальчик в полном недоумении огляделся. Тут что, есть еще кто-то из людей?

Затем он снова перевел взгляд на маленькое Колесико, и оно опять засверкало оранжевым, и опять он услышал слова: «Я с тобой здороваюсь». Потом услышал их еще два раза, и оба раза они совпадали с мельканием оранжевых вспышек на маленьком Колесике.

Тогда Джонатан спросил:

— Вы что-то сказали мне, Колесико?

И почувствовал себя ужасно глупо. Но к своему удивлению, получил на вопрос ответ, который долетел до него почти сразу же:

— Да, сказал. Когда вы издаете свои смешные фуканья, я разбираю слова. У себя в уме. Я еще раньше услышал вас, когда вы разговаривали с Рыжеверхим.

— А я разбираю слова, когда вы мигаете разными цветами. Тоже у себя в уме.

И они медленно-премедленно, осторожно-преосторожно стали подходить друг к другу. Обоим было ужасно страшно.

Маленькое Колесико просверкало оранжевым, и Джонатан расслышал:

— Старик Сине-Коричник тоже вас услыхал, потому и укатился. А я слышал, как вы просили Рыжеверхого не применять взрыватель. И сразу понял, что вы друг.

Джонатан переспросил:

— Сине-Коричник — это то большое Колесо, которое куда-то делось?

— Ну да. Он не может слышать и разбирать то, что вы, Звуко-Штуки, думаете. А я могу. Очень даже.

— Можете?

— Потому что я еще маленький. И ваши мысли я слышу гораздо лучше, чем мысли других Звуко-Штуков. Наверное, потому что вы тоже довольно маленький.

— Меня зовут Джонатан. А вас?

— Я не понял этого слова, — протянуло оранжевым цветом маленькое Колесико.

— Джо-на-тан.

Медленно и неуверенно Колесико замигало синим и фиолетовым, и мальчик услышал: «Джонитин».

— Как вы хорошо это сказали, — восхитился он.

— А меня зовут Зелено-Жёлтик.

Именно это слово и промелькнуло в голове у мальчика, когда он увидел мелькание двух оттенков желтого, сменяемых глубоким сине-зеленым цветом.

Джонатан неуверенно повторил:

— Зе-ле-но-Жё-ёл-тик?

Маленькое Колесико радостно замигало яркими белыми вспышками, и Джонатан расслышал веселый смех, а потом слова:

— Вы так странно это произносите, но я все равно понимаю.

И дети еще ближе подошли друг к другу. Теперь Джонатан и Колесико стояли совсем рядом, почти касаясь головами. И Джонатану такие беседы вдруг стали казаться самой естественной вещью в мире.

Розовинка не прекращала настойчивых поисков, не обращая внимания на то, что в этих бесплодных попытках отыскать сынишку уже провела так много времени и израсходовала такое большое количество энергии. Она даже заглядывала в сумрачную тень, которую отбрасывают огромные камни, и освещала ее яркими вспышками, медленно поворачиваясь то в одну сторону, то в другую. Ее сильные радианты легко перемещались по неровной поверхности.

Ах, этот глупый Сине-Коричник!