Страта - Пратчетт Терри Дэвид Джон

– Оно появилось вчера, – объяснил бар-кунг. – Я сказал эхфту, что это птица, земное животное. Но оно заговорило. Тогда мы проконсультировались со Справочником по разумным галактическим видам. Но там описан только один крылатый вид, а оно на них совсем не похоже.

– Сдается мне, это здоровенный черный ворон, – сказала Кин, разглядывая коробку. – А в чем проблема? Вы не знаете, что с ним делать? Арестовать или уничтожить? И кстати, как сюда попала эта птица?

– Энигма! Кроссворд!

– Мы не знаем, – сказал бар-кунг. Повинуясь внезапному импульсу, Кин открыла крышку. Птица вскочила на край коробки и уставилась на нее.

– Этот ворон не причинит никакого вреда, – заключила она. – Должно быть, чей-то домашний любимец.

– Домашний лю… лу… пимец?

– Ментальный симбионт! – грубо рявкнул Марко. – Все люди в какой-то мере сумасшедшие.

Эхфт неуверенно приблизился к Кин и снова протянул к ней щупальце. На сей раз в щупальце был зажат солидный моток бечевки, украшенной невероятным количеством замысловато вывязанных узлов. С упавшим сердцем она без труда опознала эхфтнийскую осязательную книгу.

– Когда я рассказал эхфту, кто вы, он сразу поскакал в свою стаю и вернулся с переводом «Непрерывного творения», – пояснил бар-кунг извиняющимся голосом. – Он хочет…

Но Кин уже ловко вывязывала свой факсимильный узел перед заголовком.

– Понять! Надо! – снова заверещал переводчик. – Нет! Себе! Щенок! Принадлежит! Моя! Однопометник!

– Он хочет сказать…

– Я все поняла, – устало сказала Кин.

– Джаало! – встрепенувшись, заорал ворон.

– Вы должны забрать это отсюда, – твердо сказал бар-кунг, пытаясь впихнуть ящик с вороном в любую из пар рук Марко. – Пусть она сама кормит и делает все остальное, для чего человеку требуется домашний лупимец.

– Любимец, – укоризненно сказал Марко. Он взял у бар-кунга ящик, поскольку другой альтернативы, по-видимому, не существовало.

Эхфт наблюдал, как Кин и Марко спускаются к площадке для шаттлов.

– Сумасшедшие? – требовательно спросил он.

– Во Вселенной правят люди, – с горечью ответил ему бар-кунг. – И если это сумасшествие, то я не отказался бы стать сумасшедшим. Ты заметил, как они ходят? Как будто бы владеют всей Галактикой!

Эхфт обдумал его слова. Ему всегда было трудно понять странный способ передвижения, не включающий в себя щупальца.

– Нет, не заметил, – сказал он.

В шаттле было немного пассажиров. На секунду или две на них навалилась, прижав к сиденьям, мощная гравитация, когда импульс ракетных толкателей послал челнок вниз по Линии.

– По крайней мере, я приобрела туземного проводника, – сказала Кин и улыбнулась, показывая кун-гу, что шутит. Но этот кунг, по-видимому, не страдал отсутствием чувства юмора.

– А я надеялся, что это ты станешь моей проводницей, – откликнулся Марко, выуживая из своей походной сумки мягкий замшевый мешочек. – Ни разу в жизни не бывал в этом мире. Случалось, я гонял на Кунг грузовики, но только до Верхушки.

– Как! Ты был так близко и даже не захотел взглянуть на мир твоего собственного народа?

– О каком народе ты говоришь? Я родился на Земле.

Он достал из кармана трубку цвета старой кости, набил ее коричневатым крошевом из мешочка и поджег вечным огоньком. Кин потянула носом и сморщилась.

– Что за дьявольское зелье?

– Табак. Настоящая Виргиния, без подделки, – не без гордости сообщил Марко. – У меня есть свой человек в Лондоне, он выкупает всю партию специально для меня. Это тот Лондон, который в Англии, – добавил он.

В салоне с громким щелчком включились воздушные фильтры.

– И табак тебе нравится? – с интересом спросила Кин.

Марко вынул трубку изо рта и поглядел на нее с задумчивым видом.

– Ну да. В историческом плане… Могу я задать тебе личный вопрос?

– Валяй…

– У тебя случайно нет пунктика насчет кунгов? В смысле секса, я имею в виду?

Кин бросила негодующий взгляд на его огромные серые глаза и крапчатую кожу, но резкий ответ умер, не успев родиться. Кин припомнила слухи, которые до нее иногда доходили; она отметила, что вся фигура Марко буквально излучает победоносную ауру самца. Кунги мужского пола от природы наделены невероятной маскулинностью. Общество кунгов делится на мужчин и женщин, без всяких там переходных психотипов от абсолютного мачо к абсолютной фемине, как обычно водится у людей.

Нет, – сказала она ровным голосом. – И в ближайшую тысячу лет тоже нет. Можешь считать меня старомодной.

– Благодарение небесам, – проникновенно откликнулся кунг. – Надеюсь, я не ранил твою душу?

– Заживет через полчаса… О чем ты?

– О! Ты просто не поверишь историям, которые я мог бы тебе рассказать. Эти юные человеческие женщины с гребешками фреффр на голове! И почему они всегда считают, что одеваются в подлинном стиле кунг и прекрасно разбираются в музыке тленг? Когда я играл на рояле в ночном клубе, это было на Креспо во времена торговой депрессии, мне приходилось запирать все окна наглухо, чтобы выспаться. Но как-то раз два подростка женского пола… – После паузы он сказал обиженным голосом: – Конечно, ты космополитка, Кин Арад, я понимаю, можешь хохотать сколько захочешь.