Темный Эвери. Эксперт смерти - Суббота Иван

Фу! Ну и кислятина! А по виду и не отличишь от того, что мы в прошлый раз с Альтаиром пили. И пахнет вроде вкусно.

Я отодвинул бокал от себя. Теперь только через час этот бокал исчезнет вместе со всем его содержимым. А если выпить содержимое, то минут через десять и бокал растворится.

Посмотрел на бокал с… Не знаю, как назвать то пойло, что сейчас в нем налито… И создал еще один. Подвинул второй бокал поближе к креслу напротив меня. Пусть никто не упрекнет меня в том, что я не знаю законов гостеприимства.

Неподалеку от меня стоял художник – бессмертный, человек, сто двадцать седьмой уровень, Рейнджер – и рисовал на натянутом на рамку холсте городской пейзаж. Мне с моего места хорошо был виден его рисунок: фонтан в центре площади, прохаживающиеся по ней разумные, дома на заднем фоне, облака над ними. Хорошо рисует. Мастер!

Я открыл его инфу и утвердительно кивнул. Все как я и предполагал. У этого игрока три профессии. Травник, Алхимик и Художник.

Я вздохнул. Везет же некоторым! Получить третью профессию было не просто. Для этого надо было создать шедевр. Те, кто в реале умел хорошо рисовать, ваять скульптуры или вдохновенно делать что-то другое, мог получить профессию в игре, нарисовав красивую картину или создав скульптуру. Или связав оригинальный узор. Или сшив изящный наряд. Или смастерив уникальный прибор. Многие игроки, узнав об этом, удаляли своего старого персонажа и создавали нового. Брали какие-нибудь две обычные профессии, например, шахтера и кузнеца. А потом создавали шедевр и получали третью профессию. Портного, к примеру. Или Повара. Вышивальщика.

С получением третьей профессии этим игрокам становились доступны и ее бонусы. Это несколько нарушало баланс, но на все возмущения остальных игроков администрация заявляла, что нет никакого перекоса в балансе, каждый может создать шедевр и приобрести третью профессию.

Ха-ха! Что-то таких «каждых» в игре были единицы.

Я опять осмотрелся. А вот и он!

– Альтаир! – возопил я. – Ты облажался с Турниром! Дважды! Твоя разведка ничего не стоит! Как вы могли проморгать Разбойника? Или ты спецом обманул меня?

– Спокойно, Эвери! Разведка клана тут ни при чем. «Триада» в самый последний момент добавила участника в соревнования среди девятнадцатых уровней. Их Охотник, который должен был участвовать в Турнире на девятнадцатом уровне, с дуру апнулся и ушел на двадцатый уровень буквально перед самым началом Турнира. Дракон рвал и метал. Выгнал его из основного состава в кланы поддержки. А Разбойника выставили на Турнир уже после его открытия, первые поединки уже начались. Договорились с Гильдией букмекеров в нарушение всех правил. Гильдия их ценит и на конфликт с ними не пойдет. На их участии букмекеры много денег зарабатывают. Ну и мы, «Серебряный риф», тоже не отстаем от Гильдии в этом благородном деле.

Альтаир уселся в кресло и подвинул к себе поближе бокал с пивом. Вопросительно посмотрел на меня.

– Пей, я угощаю, – сделал я широкий жест.

Альтаир приложился к бокалу и выдул сразу половину. Одним глотком. Я с интересом наблюдал за ним.

Он поперхнулся… Выругался. Уставился на бокал и огорошено спросил:

– Что это за гадость?

Перевел сердитый взгляд на меня.

– А почему ты мне этого раньше не сказал? – вернул я разговор к более насущной теме. – Про Разбойника? Сразу после первого поединка почему не сказал?

– А зачем? – удивился Альтаир. – Что это изменило бы?

Я открыл рот, чтобы дать ему гневную отповедь, и секунд через пять закрыл его. Возразить против слов оборотня мне было нечем. Это действительно ничего не меняло.

– К тому же, ты ведь победил его. Так чего тогда так возмущаешься?

– А если бы я проиграл?!! – сердито сказал я. – Сколько бы вы тогда долга на меня повесили? Кстати, сколько на финал поставили?

– Нисколько не повесили бы. И на финальный поединок мы ставок не стали делать, – ответил Альтаир и подозвал официантку. – Слишком велик был риск. Мы в такие игры не играем. Мы вообще не играем на ставках.

Официантка словно только и ждала жеста Альтаира, мгновенно оказалась возле нашего столика и, не дожидаясь заказа, выставила на него две здоровые кружки с пивом. Мои бокалы она унесла с собой, предварительно бросив на меня победный взгляд. Тоже мне фифа!

– Ты же говорил, что на финалах самые большие куши можно снять! – удивленно сказал я.

– Можно, – согласился Альтаир. – А можно и пролететь по-крупному.

– Риск – дело благородное!

Альтаир укоризненно посмотрел на меня и снисходительно начал объяснять:

– Мы не рискуем. Это для тебя Турнир – игра, эмоции, адреналин. А для нас каждый Турнир – это работа. Рутина. Мы не играем на ставках, мы зарабатываем на ставках. Мы делаем ставки только тогда, когда прогноз на победу одного из участников поединка выше девяноста процентов. А в твоем поединке с триадцем результат вообще не прогнозировался.

– Так это что же получается, вы не отбили те свои восемьдесят миллионов золотых? – расстроенно спросил я.

– Почему не отбили? С лихвой отбили. Мы на каждый твой бой ставили, кроме первого поединка.