Избранные произведения. Том 4 - Головачев Василий Васильевич

Бассард усмехнулся.

— Ты,Станислав,своей «теорией равнодушия» становишься в Управлении притчей во языцех.

— А знаете,Генри,- сказал Спенсер, усмехаясь в свою очередь,- я с вами не соглашусь.

Бассард промолчал, у него был свой метод доказательства правоты.

— Считаю,что вы действуете правильно,-продолжал Спенсер,не меняя позы.- Но до конца ли вы представляете всю важность открытия Наблюдателя? И те последствия, которые нас ожидают в результате неправильной оценки событий?

В комнату вместе с молчанием вполз зябкий туман тревоги. От стен повеяло холодом и неуютным ощущением скрытно присутствующего среди них Чужого,словно Наблюдатель знал о встрече и встроил свое «зеркало» в одну из стен.

— Может быть, стоит перестраховаться? Дать по всем секторам общий «Шторм», объявить поиск Наблюдателя?

— Экстренные меры для перестраховки не годятся,-покачал головой Морозов. — Прямой угрозы человечеству нет, да и не верю я в то, что такое возможно. Не исключаю, но не верю. Генри может меня упрекнуть в ненаучности моей веры, — Морозов слабо улыбнулся,- но она тоже рождена из фактов. Несмотря ни на что, человечество существует и намерено, существовать и впредь!

— Хорошо.- Спенсер встал.-Я тоже верю,в людей в первую очередь.Действуйте, как сочтете нужным, но информируйте меня обо всех новостях.- С этими словами он исчез: присутствовал руководитель УАСС визуально, как и Бассард, «испарившийся» следом.

— Я помню его выступление на контроль-отчете полгода назад,-сказал Томах. — Тогда он был против «Шторма».

— Он и сейчас против, потому что понимает- «Шторм» мало что даст нам в сложившейся ситуации,- прищурился Богданов. — Эта форма тревоги хороша для предотвращения катастрофы планетарного масштаба и выше, но никто из ее разработчиков не рассчитывал на вмешательство разума,опередившего нас, по крайней мере, на тысячу лет.

— Глобальные проблемы надо решать на свежую голову,- сказал Керри Йос и тронул пальцем сенсор: кабинет принял вид кусочка амазонской гилеи, влажно-тропического леса.- Даю вам сутки отдыха. Завтра подключу ребят из отдела Шалвы и пограничников,они сделают машинный анализ вашего путешествия,а через пару дней вернется «Тиртханкар» и привезет сведения о «перевертышах» на планетах Суинберна. После этого будем пробиваться в Совет с нашими заключениями и рекомендациями. Да-а…-вдруг задумчиво протянул он.-Хотел бы я побывать на этой вашей «Красной книге»!Знать бы где,у какой звезды вращается эта планета. Может быть, она расположена где-то рядом?

Филипп молча попрощался с Богдановым, торопившимся домой, и остался в зале метро вдвоем с Томахом.

— Ты в медцентр? — Станислав искоса посмотрел на товарища.

— Не знаю…- пробормотал Филипп.- Может быть. Боюсь я туда идти, Слава.

Томах едва заметно улыбнулся.

— Интересное признание. Боишься- не ходи.

Филипп хмуро посмотрел на него.

— Тебе легко говорить. А ты бы пошел?

— Я?- Глаза у Томаха похолодели.-Я не упустил бы своего шанса еще пять лет назад. Не обижайся, но это правда. Ну, пока?

— Я не обижаюсь,- Филипп опустил голову,потер лоб.- Подожди, еще вопрос, у Керри я постеснялся спрашивать. Мы согласились, что проникновение человека в дальний космос начинает притормаживать Наблюдатель,так? Но если он так силен и вездесущ, а мы так порочны и бездумны, почему же, образно говоря, он не «захлопнет дверь космоса» перед нашим носом?

Станислав с минуту размышлял, посматривая сквозь прозрачную стену станции метро на веселое око солнца в океане сини, потом мягко обнял Филиппа за плечи.

— Видимо, он надеется на нас.Понимаешь? Он верит, что мы сами справимся со своими слабостями, сами в состоянии управлять своей историей.

Филипп мастерски посадил пинасс на белый снежный пятачок между красной кирпичной стеной и шеренгой молодых лип и бесшумно выпрыгнул из кабины на снег, оставив зажженным желтый огонек- предупреждение, что такси занято.

Вечерело. Парк, расчерченный безлистыми деревьями, как рисунок тушью, был погружен в полутьму и тишину, и теперь стало видно, что он недостроен: птицы еще не успели его обжить.

Проваливаясь по колено в сыпучий снег,выпавший совсем недавно, вдыхая холодный, чистый до головокружения воздух, Филипп пробрался к стене, недоумевающе оглядел ее- кладка выглядела чересчур древней- и, опираясь на руку, перемахнул на другую сторону. Только теперь, попав сюда второй раз, он смог рассмотреть дом Ребровых. Выстроенный в стиле древнекорейской пагоды, дом стоял перед ним,молчаливый и темный,как и парк вокруг. Не надо было даже проверять, чтобы удостовериться- никого в нем сейчас нет.