Foot’Больные люди. Маленькие истории большого спорта - Казаков Илья Аркадьевич
Foot’Больные люди. Маленькие истории большого спорта - Казаков Илья Аркадьевич — читать книгу онлайн
Настройте размер и шрифт текста, включите тёмную тему для удобного чтения. Переходить между страницами можно стрелками внизу или сочетанием Ctrl + ← / →.
– Замечательно! – ответил Саша. – «Эльвиру Гуляеву» прочту, «Балладу о «Роллс-Ройсе», «О незадачливом киллере».
Мы приехали на базу накануне игры с нальчикским «Спартаком». Только что закончилась установка, у дверей боролся со ступеньками и костылями Вадик Евсеев. Нас ждали в конференц-зале. Тридцать человек в адидасовских костюмах на фоне офисных бледно-серых стен.
Гордеев увидел нас и разволновался. Сказал что-то общеукрепляющее:
– К нам приехали друзья… Близкие по духу… Поддержать… Поэт… Стихи всегда помогают… Пушкин, Лермонтов, Маяковский… Мы любим их с детства. Правда, Илья?
Я тоже заволновался. А потом увидел такие знакомые лица. Каряка, Парфенов, Лоськов, Нахушев. Это была если не родная, но такая близкая банда, что я успокоился. Просто старался не смотреть на Зелао. Кариока свое выражение лица точно перенял у него.
Сказал, какие они молодцы, как приятно за них теперь переживать. Затем, представив им Сашу, я опустился на свой стул.
Вулых волновался так же, как в ту ночь, когда его с шубой жены в руках забрали ночью в милицию. Он положил жену в роддом, денег на такси не было, и пришлось идти пешком через пол-Москвы. Вернее, ему нужно было идти через пол-Москвы, а прошел он метров двести от силы.
– Ну что, друзья, – бодрясь, начал он. – Я приехал к вам почитать свои стихи…
Зал смотрел недоумевающе, почти как Вася Каратаев на Малежика. И это Сашу взбодрило.
– Уверен, – сказал он уже бодрее, – что команду, где играет Вадик Евсеев, словом «х…» не испугаешь.
Все посмотрели на Гордеева. С каким-то новым недоумением. Андрюша Гордеев краснел, переходя от розового цвета к пунцовому.
– Поэтому для вас моя поэма «Эльвира Гуляева». Илье она очень нравится!
… – Любимая, пожалуйста, скажи,Мы в загс идем сегодня или завтра?– Сейчас!– Тогда я вызову такси? —Перделеле ее целует нежно.– А мы кого на свадьбу пригласим?– Мутко и Гуса Хиддинка, конечно!– О да! – она сказала нараспев. —Потом еще – Киркорова, Мазая,И чтобы нас поздравил Герман Греф —Мне хочется позвать министра, зая!– На нашу свадьбу Грефа пригласить?Ты с ним была?– Пойми, не в этом дело…Я не могу тебе все объяснить,Наверно, я от счастья одурела!..В музее Маяковского публика рыдала от смеха. На базе в Кратове было тихо, и недоумение ощущалось физически. Мой лоб был в испарине. На Гордеева было страшно смотреть. На Вулыха тоже.
Ни смешочка, ни ухмылки.
– «Баллада о «Роллс-Ройсе»», – объявил Саша.
…Я помню, как-то летом жарким,Пылающим, как Жанна д’Арк,К любовнице Камилле ПаркерВозил я Чарльза в Риджент-парк.Я помню аромат «Шанели»,Когда в салоне, как змею,Волтузил жопой по панелиПринц Чарльз любовницу свою,А после, как бывало часто,Храня достоинство в груди,Я вез обратно принца ЧарльзаДомой, к законной леди Ди…Хрюкнул от смеха Лоськов. Забился, уткнувшись лбом в спинку стула, Парфенов. Зал вел себя как надо. Я расслабился и начал ухмыляться вместе с ребятами.
На следующей поэме ржали в голос. Мат никого не смущал, его даже угадывали и подсказывали. Было классно. И тут Гордеев встал и вышел в центр.
– Большое спасибо! Давайте поблагодарим наших друзей.
Вулыху аплодировали. С удовольствием. Спрашивали адрес сайта.
Андрей Львович отвел нас поужинать в столовую. Я не понимал, почему он такой скованный. Сказал ему: «Давай колись».
– Понимаешь, – Андрюша смотрел не прямо в глаза, а в сторону, – я сегодня тренировку остановил. Сказал: «Ну вы же нормальные люди, на стадион ваши жены ходят, дети. Давайте без мата. Рабочий момент, когда по ногам попадут, – это нормально. А все остальное давайте уберем!»
Мы заржали. Вулых утирал слезы, вспоминая свое приветствие команде после внушения Гордеева: «Уверен, что команду, где играет Вадик Евсеев, словом «х…» не испугаешь»…
Львович посмотрел на нас и наконец расслабился, захохотал. Сначала тихо, а потом и в полный голос.
Мне было тридцать семь, Гордееву – тридцать четыре. Я отчаянно за него болел, а он всегда поддерживал меня. Следующий Новый год мы встречали вместе, за городом. Он купил устриц, я никогда не открывал их самостоятельно. Страдал, пыхтел, сердился на себя, а потом оказалось, что мне выдали сломанный нож.
Я хотел пожаловаться Андрею, но он пропал в соседней комнате с телефоном в руке. Говорил с Игорем Ефремовым, тогда президентом «Сатурна».
А через несколько дней «Сатурн» умер. Или его убили, не знаю.
Семин и лошадь
На фото был запечатлен Юрий Семин. А рядом с ним – внучка Маша.
Юрий Палыч получился не очень, но мы ведь и так знаем, как он выглядит. Фотографировал Женя Дзичковский.
Когда меня сейчас спрашивают о том, кем я хочу быть (парадокс, конечно, но мне действительно до сих пор задают этот вопрос; надеюсь, имея в виду какую-то новую возможность реализации), я отвечаю двумя словами: «Счастливым дедушкой».
По мне, это лучшее, что может произойти с мужчиной. Прожить хорошую и не самую короткую жизнь. Дождаться внуков, желательно не растеряв сил, и возиться с ними, вновь проживая те радости, которые испытал в отцовстве.
