Мысли объ устройств? будущей Россiйской вооруженной силы - Головин Николай Николаевич

То же поразительное единство взглядовъ команднаго состава мы обнаружимъ, если проанализируемъ управленiе 8-ой армiи во время самого сраженiя. Три раза распоряженiя штаба 8-ой армiи облегчаютъ выходъ центральныхъ корпусовъ армiи Самсонова изъ мешка, въ который они залзли, но окруженiе ихъ все-таки состоялось, такъ какъ на двухъ противоположныхъ флангахъ генералъ Франсуа (I-й корпусъ) и генералъ Макензенъ (XVII корпусъ), находились блтже къ мстамъ ршительныхъ дйствiй, по собственному почину измняютъ поставленныя имъ свыше оперативныя задачи; оба они ршаютъ задачу совершенно тождественно въ дух доктрины своего непосредственнаго учителя бывшаго начальника Генеральнаго Штаба генерала Шлифена [1] , проводившаго въ германской армiи идею сраженiя съ наиболе ршительнымъ результатомъ, а именно съ производствомъ двойного охвата противника (Канны). Не будетъ парадоксомъ утверждать, что побда надъ армiей Самсонова одержана: стратегически фельдмаршаломъ Мольтке, тактически — фельдмаршаломъ Шлифеномъ.

Итакъ, военная доктрина есть комбинацiя прiемовъ боевыхъ дйствiй, которая устанавливается верховнымъ руководствомъ вооруженной силы не для войны вообще, а для опредленной войны.

Если представить себ эту мысль графически, то ее можно было бы изобразить такъ: въ обширномъ круг, заключающемъ въ себ вс безчисленные методы, указываемые военной наукой, верховное руководство проводитъ внутреннiй кругъ, ограничивающiй въ себ методы, которые, по его мннiю, являются наиболе отвчающими ожидаемой обстановк. Само собой разумется, что остальные методы не исключаются, но предпочтенiе отдаваемое нкоторымъ изъ нихъ, облегчаетъ подготовку ворруженной силы, сводя предъявляемыя къ ней требованiя съ пути очень широкихъ абстракцiй на путь боле опредленныхъ требованiй. Изъ заоблачныхъ высей философскаго отвлеченiя научные выводы низводятся на землю съ неизбжными ея грхами и тренiями. Отвтственность, которую беретъ на себя въ этомъ случа верховное руководство, очень велика. Если оно ошибется, то заложитъ начало пораженiй, а не побдъ. Человческая слабость заставляетъ иногда вождей уклоняться отъ отвтственнаго творчества, стремясь переложить эту отвтственность на подчиненныхъ. Благодаря этому, сохраняется возможность формальнаго оправданiя передъ современниками ссылкой на то, что подчиненные не согласовали свои дйствiя съ обстановкой. Эта формула всеобъемлюща, а потому и является излюбленной. Но исторiя не вынесетъ оправданiя подобнымъ вождямъ, ибо только высшее руководство военной силой можетъ предвидть т данныя, которыя обуславливаютъ тотъ или другой характеръ ожидаемой въ ближайшемъ будущемъ войны.

Въ прежнiя эпохи созидать и проводить въ жизнь свою доктрину могъ единолично полководецъ. Уставы представляли собой лишь предписанiя узко формальнаго характера (строи, перестроенiя и т. д.). Но по мр усложненiя веденiя войны, даже такъ называемые строевые уставы теряютъ свой исключительно формальный характеръ. Стоитъ только посмотреть хотя бы современные германскiе и французскiе уставы родовъ войскъ. Части ихъ, касающiяся боевыхъ дйствiй, приняли характеръ учебниковъ тактики. Такимъ образомъ, устанавливаемая доктрина уже въ строевыхъ уставахъ находитъ свое яркое отраженiе. Въ современную эпоху уже невозможенъ случай, имвшiй мсто въ Наполеоновскую эпоху, когда французская императорская армiя, ведшая свои бои на началахъ глубокой тактики, до конца своего существованiи въ 1815 г. имла въ своемъ распоряженiи уставъ 1791 года, построенный всецло на принципахъ линейной тактики. Подобное ненормальное положенiе вещей было и тогда терпимо лишь потому, что армiя Наполеона почти все время находилась на войн, и войска усвоили доктрину своего полководца чисто практически, на боевомъ опыт.

Насколько выше Наполеона былъ въ этомъ отношенiи нашъ Суворовъ со своей "наукой побждать". Съ дальнйшимъ теченiемъ исторiи жизнь ярко подтаердила это. Мольтке подготовляет прусскую армiю къ побдамъ 1866 и 1870 — 71 г.г., несмотря на то, что эта армiя пребываетъ 50 лтъ въ мир. Для настоящей эпохи методы Суворова и Мольтке и являются единственными соотвтствующими. Эти методы въ отличiе отъ прежнихъ методовъ, узко практическихъ, могутъ быть названы научными.

Значенiе военной науки для созданiя доктрины стало въ настоящую эпоху еще боле значительнымъ. Съ усложненiемъ матерiальной части чрезвычайно усложнились методы боевыхъ дйствiй и увеличилось число комбинацiй, между которыми приходится выбирать созидателю доктрины. Быстрота же совершенствованiя матерiальной части приводитъ къ тому, что опытъ минувшей войны быстро старетъ и только наука может предвидть дальнйшую эволюцiю военнаго искусства.

Сложность и измнчивость современной военной доктрины вноситъ большое затрудненiе въ дло обученiя войскъ. При современной систем кадровой армiи въ мирное время подъ знаменами обучаются миллiоны перемннаго состава, образующаго, посл краткаго срока своей дйствительной службы запасъ обученныхъ бойцовъ. Переучивать этотъ запасъ при объявленiи мобилизацiи представляетъ большiя трудности. Использованiе при мобилизацiи перволинейными войсками младшихъ сроковъ службы вноситъ нкоторое облегченiе въ ршенiе труднаго вопроса боевой подготовки армiи. Но кром этого созидатели вооруженной силы должны учесть также сложность и измнчивость современныхъ военныхъ доктринъ при составленiи уставовъ: матерiалъ, подлежащiй изложенiю въ уставахъ, распредляется не только по спецiальностямъ (уставы родовъ войскъ, службъ и т. п.), но и по степени подверженности его измненiямъ. Практически это осуществляется слдующимъ образомъ.

Уставы родовъ войскъ (такъ называемые строевые уставы) должны заключать въ себ только т элементарныя данныя, которые обуславливаются находящимся въ данную минуту у армiи вооруженiемъ. При этомъ эти уставы должны подраздляться на дв части: собственно уставъ со всми формальными наимене измняемыми данными и наставленiе для боевыхъ дйствiй въ рамкахъ не выше полка. Эта вторая часть можетъ подвергаться боле частымъ измненiямъ, но всетаки, въ виду того, что рамки ея ограничены разсмотренiемъ дйствiй малыхъ войсковыхъ единицъ, она будетъ боле устойчивой, нежели уставныя указанiя, касающiяся боле крупныхъ единицъ. По этому пути мы уже шли до войны, но мы считаемъ, что эта идея должна быть проведена гораздо рзче и полне; въ строевые уставы должны быть перенесены и элементарныя формулы такъ называемой полевой службы войскъ, а именно: развдка, охраненiе, походныя движенiя, расположенiе на отдыхъ, а также вопросы управленiя въ рамкахъ полка.

Руководящiя указанiя для дйствiя войсковыхъ единицъ высшихъ, нежели полкъ, мы предлагаемъ распредлить на дв группы наставленiй или инструкцiй:

1. "Наставленiя для совмстныхъ боевыхъ дйствiй различныхъ родовъ войскъ" въ рамкахъ бригады, дивизiи и корпуса, а также вс инструкцiи, касающiяся работы различныхъ службъ связи, снабженiя и тыла, обезпечивающихъ успхъ боевыхъ дйствiй вышеуказанныхъ боевыхъ соединенiй.

2. "Наставленiе для вожденiя высшихъ соединенiй", посвященное методамъ оперативнаго руководства корпусомъ, армiей и группой армiй, а также "Положенiе о полевомъ управленiи войскъ" и сопряженныя съ нимъ другiя "положенiя".

При такомъ распредленiи инструктивнаго матерiала доктрины получается возможность саму редакцiю изложенiя уставовъ и наставленiй приспособить къ степени подготовленности того круга начальниковъ, къ которымъ каждый изъ этихъ уставовъ обращается. Вслдствiе этого наставленiя для совмстныхъ боевыхъ дйствiй различныхъ родовъ войскъ и въ особенности для вожденiя высшихъ войсковыхъ соединенiй могутъ всецло прiобрсти характеръ офицiальнаго научнаго тактическаго и стратегическаго руководства.

Подобное раздленiе иметъ и боле глубокое методологическое значенiе. Низшiе войсковые уставы будутъ заключать въ себ всю военно-воспитательную часть доктрины [2] , среднiе — главную часть тактическихъ, а высшiе стратегическихъ идей доктрины. Вышеуказанное не значитъ, что низшiе войсковые уставы не будутъ касаться тактики, что "Наставленiе для совмстныхъ боевыхъ дйствiй различныхъ родовъ войскъ" не будетъ вовсе касаться стратегiи, а "Наставленiе для вожденiя высшихъ войсковыхъ соединенiй" — тактики. Вопросъ идетъ лишь о той основной точк зрнiя, подъ угломъ которой будутъ трактоваться вопросы.