– -Кошка, есть два варианта моих поступков сейчас, - Марат посмотрел на меня.
– Первый, я скручиваю твою соседку и запираю в туалете или в ванной, чтобы она не мешала мне, или ты дашь понять, что не обидишься на неё, за то, что она даст мне с тобой выйти. Если хочешь первый - кивнул раз, или если добрая киса - кивни два раза.

"Гад! Так нечестно!", - я заурчала, давая понять, что недовольна.

– -Не нравится выбор? Ещё бы!
– Марат хмыкнул, а потом вызывающе добавил: - Ну, так раз будешь раз кивать или два?

Пытаясь вложить во взгляд побольше недовольства и не представляя, как могу выглядеть со стороны, я добавила ещё и шипение, а потом два раза кивнула.

– -Хорошая киса, - Марат попробовал погладить меня по голове, но я увернулась и снова заурчала, на что он, впрочем, не обратил внимания, и сказал Алине: - Видишь, Эля не против, чтобы ты нас выпустила.

– -С таким-то выбором?
– она недовольно поджала губы.
– Ну ладно. Только боюсь, ты наживаешь себе лишние проблемы.

"Вот-вот", - подумала я и закивала головой.

– -Ничего, переживу, - произнёс он, и когда Алина отошла в сторону, направился к двери.

"Это мы ещё посмотрим, как ты переживёшь!" - злорадно подумала я и, выпустив коготки, стала вонзать их в руку Марата, продумывая, какие пакости сделать ему, чтобы он и не думал в таком виде подлавливать меня и таскать к себе.

– -У тебя ещё маленькие коготки и мне не больно, - сказал парень, когда мы вышли в коридор и направились к его комнате.
– Но уверен, сейчас ты продумываешь какие-нибудь другие гадости.

"Правильно уверен!" - подумала я и, вонзив коготки поглубже в руку, с нажимом провела лапкой по коже, оставляя борозды, и с вызовом глядя в глаза Марату.

Он слегка поморщился, но промолчал, а когда мы зашли в его комнату, плотно закрыл дверь и сразу подошёл к кровати, не давая мне осмотреться вокруг. Улёгшись, он прижал меня к себе и начал чесать за ушком, что только сильнее разозлило меня.

Став вырываться, я выпустила коготки на всех лапках и принялась царапаться. "Пусти, гад!.. Не хочу, чтобы ты меня гладил и обнимал!" - зло подумала я, а потом ещё и грызанула за руку.

– -Эля, ну пожалуйста, полежи спокойно хоть две минуты, - умоляюще прошептал Марат, и я замерла, ощутив в его тоне надрыв.
– Пойми, мне очень плохо... Я побил лучшего друга, сказал мерзость любимой девушке, и меня могут выкинуть из универа за драку... Но знаешь, что больше всего гнетёт сейчас? То, что мне сотрут все воспоминания... Дрожь пробирает, когда я думаю, что могу тебя забыть... Ты хоть представляешь, что мы можем видеться последний раз?.. Никогда и ничего не боялся, а сейчас...
– он замолчал и тяжело вздохнув, уткнулся мне носом в шёрстку.

"Что? Как исключить? Как затереть воспоминания?.. Это что, я могу больше никогда не увидеть Марата?" - эта мысль настолько испугала, что я вздрогнула. "Нет! Нет! Нет! Марата не могут исключить за драку! Егор во всём виноват... и я немножко... Марат ведь медведь и нужен! Кто будет бегать по тайге и выполнять щекотливые задания?!" - я опять стала вырываться, только уже, чтобы заглянуть Марату в глаза.

– -Мяу, - жалобно попросила я и он, наконец, отпустил меня.

– -Ладно, если тебе плевать на это, беги к себе, - тоскливо сказал он и развернул меня к двери, а сам отвернулся.

"Очень умно! И как бы я вышла? Дверь-то закрыта... Впрочем, я не собираюсь уходить", - сказала я себе и, обойдя по подушке на другую сторону, села напротив лица парня и в этот раз уже требовательно мяукнула.

– -Тебе всё-таки не плевать, что меня могут исключить?
– он с надеждой посмотрел на меня, и я с готовностью кивнула, а потом лапкой дотронулась до его руки, после чего сделала вид, что иду и замотала головой.

"Блин, надо учиться пантомиме... Всё же говорить с Маратом намного удобнее, чем вот так изъясняться", - подумала я и снова отрицательно покачала головой, давая понять, что не верю в исключение.

– -Эээ... ты не веришь, что меня могут исключить?
– неуверенно поинтересовался он, и в этот раз я уже согласно закивала.
– Могут, и ещё как, - грустно ответил он.
– Любого конфликтного студента всегда исключают. Это политика факультета. Необузданность и неумение сдерживать себя у нас не приветствуются... Даже ценного студента могут выбросить, а я ведь не вхожу в их число. Я даже не бурый медведь, который более распространён, а всего лишь гималайский. Да и других больших хищников помимо меня хватает. Так что, кошка, очень вероятно, что мы видимся в последний раз... Пожалуйста, побудь со мной. Хочу многое тебе сказать...
– он замялся, видать, набираясь моральных сил перед разговором, а я тоскливо муркнула и легла рядом с ним, точно уверенная, не хочу терять медведя.