Между сном и явью - Гребёнкин Александр Тарасович

Кирилл Аполлонович улыбнулся, снял круглые очки, протирая их платочком.

– Я, безусловно, этому способствую, со своей стороны. Но я уже немолод и отжил свое. А за вами, товарищ, будущее. И от вас зависит, каким оно будет.

– А вы кто по специальности?

– Врач. Впрочем, батенька, давайте уйдем от лишних словопрений. Вы намеревались сегодня отыграться. Прошу!

И он указал на шахматы.

И они сели играть и вскоре позабыли обо всем на свете. Сыграли одну партию, затем еще одну. А потом поднялись на обед.

И блистала на солнце листва, и переливалось всеми цветами полотно моря, и парили в голубизне чайки, и казалось, не будет конца волшебному южному счастью.

Танкист Федор уже уплетал за обе щеки макароны.

– Садитесь за мой столик.

Павел с подносом сел к нему. В открытое окно залетал ветер, надувая апельсиновые занавески.

– Ты куда вчера пропал? – спросил Белецкий.

– Тсс… Я тут познакомился с одной, - Федор заговорщицки наклонился к Павлу. – Отец у нее рыбак. У него шаланда с парусом. Обещал на рыбалку взять. Поедешь? Представь: открытое море, воздух, рыба.

– Неплохо, - согласился Павел. – Только завтра я иду на пионерский костер. Обещал!

– А ну тогда, днем позже…. А ты как добрался?

Павел рассказал ему об автомобиле, Коле, не сказал лишь только то, что тот им интересовался.

Федор проявил инициативу пойти, после тихого часа, на площадку и поиграть в волейбол. Павел сослался на рану, но обещал попробовать.

К счастью все обошлось. Видимо процедуры помогли, и сильные боли ушли куда-то. Павел увлекся, и упругий мяч подлетал высоко в голубоватое небо.

***

Вечером следующего дня Павел, весь ладный, плечистый, в почищенной и отглаженной форме, затянутый ремнями, поднимался по тропинке, вырубленной в скалах.

Денек выдался жарким, и вечер не принес прохлады. Подниматься было непросто. Павел останавливался отдыхать, стирая со лба пот. Легкий ветерок, едва слышно, нежно трогал ветки деревьев. В кустах звонко кричала птица.

Из старинной каменной беседки, стоящей на утесе и увитой плющом, была видна ослепительная лиловая громада моря. Сняв фуражку, Белецкий облокотился о горячие, чуть треснувшие белые перила, оглядывая морское полотно и снежно-белые островки туч. Мир казался громадным, необозримым и необыкновенно богатым. Еще недавно он суживался до размеров границы и городка. Теперь он возносился вверх, раздавался вширь и казался интересным и многообещающим.

«Вот построим новое общество и заживем счастливо и хорошо», - думал Павел, закуривая папиросу.

По шороху шагов в траве он определил, что кто-то идет, но не обернулся, не в силах оторваться от красоты неба и моря.

– Здравствуйте, товарищ командир! Как хорошо, что вы пришли!

В простеньком платьице и пилотке стояла Полина.

– Здравствуйте, Полина! Давайте договоримся, не нужно так официально. Просто Павел. Павел Белецкий.

Полина кивнула, чуть улыбнувшись, поправив под пилоткой светлые завитки волос.

Они поднимались вверх по тропе, мимо горных кустов, а затем вышли на аллею, усыпанную гравием. Разговорчивая Полина с интересом рассказывала о лагере, чьи металлические, витые ворота с красной звездой виднелись вдалеке.

– В наш лагерь приезжают лучшие ребята, - с гордостью сказала Полина.

– Вот как? – удивился Павел. – А как же происходит отбор?

– Направляют ребят сюда по их заслугам. Например, есть один у нас мальчик Филька Костриковский. Он спас от крушения поезд. Увидел, как беспризорники раскрутили рельсы. Бросился за ними, наорал. Он старше их был и покрепче – те и дали деру. Увидел поезд. Стал голосовать, махал рубашкой, чтобы состав остановился.

– Молодец! Геройский пацан!

– Другие семьям погибших красноармейцев помогают.

– А, я помню одного в поезде. Виталька, славный мальчуган.

– Ну, да, вы же ехали с нами, кое-кого видели…. Есть ребята, которые готовят коней для Красной Армии. Вот две девочки, видите, которые красят забор. Так они выхаживали в колхозе заболевших телят, помогали врачу – ветеринару. Другие премируются поездкой сюда за хорошую учебу, активное участие общественной жизни или самодеятельности. А есть один мальчишка – Яшка Уткин, так он целое изобретение сделал – специальный «очистительный завод» на тележке, помогающий заправлять трактора в поле…

– Удивительно. Вы здесь прямо кладезь талантов собрали. А вот у меня друга убили на границе при столкновении с маньчжурскими диверсантами. Так вот, и его сына летом отправили в пионерский лагерь, к морю.

– Это, безусловно. Есть у нас и дети красноармейцев, погибших в Испании, или на границе… Они направляются сюда в первую очередь. Не представляете, как жалко этих сирот, - и Полина тяжело вздохнула.

Навстречу им по дорожке, усыпанной гравием, шел невысокий круглолицый мужчина с гладко выбритой головой и большими казацкими усами.