Клуб "завтрак" - Ирсэн

— Господи, — возмутилась Мия и тут же отвернулась.

— По нужде можно ведь? Делая вид, что расстегивает ширинку, Мануэль заглянул под стол.

— Боже, — Колучи брезгливо закрыла лицо двумя руками, на что Пабло среагировал моментально:

— Ты ведь не собираешься устраивать туалет прямо здесь, парень?

— А что?

— Я прибью тебя еще до тех пор, как первая капля упадет на пол.

— Ты так сексуален, когда сердишься! — парировал Агирре, и Бустаманте, решив что продолжать этот разговор бесполезно, тотчас же отвернулся.

— Эй, пай мальчик. Маркос молча уставил палец на себя, а Мануэль кивнул головой.

— Сходил бы ты дверь прикрыл, а мы пока бы развлеклись с принцессой.

— Ну ты! — Пабло вновь вступился за Мию.

— Что?

— Если ты выведешь меня из себя, тебе конец!

— Совсем?

— Совсем!

— Может быть уже заткнешься, нам не интересно слушать твои бредни.

В ответ на колкость в свой адрес, Ману сделал вид, что заплакал. — Какая жалость! — прикладывая руки к области сердца, он сделал щенячьи глазки.

— Эмигрант, — на этот раз Агирре задело за живое это оскорбление.

— Эй, ты! А как ты попал в этот колледж? Папочка забашлял кругленькую сумму на новый стадион для футбольной команды?

— Простите, что вмешиваюсь. Но я думаю, нас все-таки следует написать это сочинение. Таким незамысловатым образом Маркос завуалировал свою просьбу быть немного потише. Естественно никто из парней и не думал, чтобы его послушаться и спокойно продолжили свою словесную перепалку дальше.

— Слушай, то что ты завсегдатай здесь, не дает тебе права нас всех доставать.

— Мы живем в свободной стране. Сгримасничал Мануэль, тем самым выводя Пабло из себя.

— Он просто прикалывается, не обращай внимание! — произнесла Мия и тронула Бустаманте за руку, стараясь успокоить.

— Как мило… При всем своем нежелании ты не можешь меня не замечать. Услышав эту реплику Мануэля в спину, Колучи гневно фыркнула.

— А вы что это ребят, жених и невеста? — Агирре и не думал останавливаться.

Марисе вдруг стало интересно, чем же закончится эта словесная баталия. Она развернулась всем корпусом, чтобы не упустить самое главное из виду.

— Серьезные планы. История большой любви? Ну что чемпион, может поведаешь нам, ты ей уже втыкаешь?

— Иди к черту, — прокричала Мия, смеривая мексиканца гневным взглядом.

— Эй, что там происходит? — голос Дунофа послышался из кабинета директора.

Пабло только и успел, что высказаться в сторону Мануэля, — кретин, — и все участвующие в дискуссии тут же замолчали.

Как только обстановка немного нормализовалась, Агирре внес новую идею на обсуждение. Он присел на одну из парт, свесив ноги к полу.

— Есть предложение закрыть эту дверь, а то таким образом мы не сможем устроить вечеринку, если Гитлер будет проверять нас каждые две минуты.

— Дверь должна быть открыта, — моментально среагировал Маркос.

— Ну и что?

Пабло оторвался от своего чистого листа и посмотрел на Мануэля, который явно забавлялся разыгрываемым им самим спектаклем. — Он прав.

— Заткнись!

— Сам заткнись, кроме тебя здесь еще четыре человека.

— О…наш спортсмен научился считать.

— А ты кто такой, чтобы судить о других?

— И в самом деле! — поддержала Пабло Мия.

— Слушай, Агирре, если бы ты пропал никто бы даже не стал тебя искать.Всем плевать на тебя. Всем будет только легче, если ты свалишь из этого колледжа.Таким как ты здесь не место.

— А… — равнодушно протянул Ману, — ну ладно. Тогда завтра же запишусь в секцию по футболу, или даже стану председателем ученического совета, чтобы стать важным человеком как вы.

— Они тебя все равно не примут.

— Какая жалость, — скривился мексиканец.

— Знаешь, почему такие как ты всегда все портят?

— Должно быть очень интересно…

— Потому что ты трус.

— До чего же ты проницательна для богачки. Именно поэтому я держусь в стороне, да?

— Ты большой трус, — Мия произнесла эту фразу с большим понимаем того, о чем сейчас говорила.

— А я состою в физико-математическом клубе. Как бы к слову добавил Маркос, но присутствующих не заинтересовала эта информация.

— Ты боишься, что тебя никуда не примут, — продолжила свои наблюдения Коллучи, — и поэтому ты всех сторонишься.