Она слабо усмехнулась. Слишком рано! Она надеялась, что люди Лириса будут поглощены собственными внутренними проблемами достаточно долго, чтобы «леди Трейс-Гайлс» успела провернуть свои дела. Если Одесс узнает ее, новость обязательно просочится через Ярмарку. Она верила в хваленую секретность Ярмарки не больше, чем в неизбежное торжество добра.

Венера выпустила руку Одесса прежде, чем тот окончательно погряз в коммерческой рекламе, и отвернулась.

— Просто прелестно! Фланс! Вы можете с этим разобраться?

— Э-э, но мастер Фланс не смог разрешить один маленький вопрос, — вступил обошедший Одесса коневод.

— Разберитесь с этим! — огрызнулась она. Прежде, чем миновать мужчин и выйти во внешний коридор, она уловила пораженный взгляд Одесса.

Ну что, каков неожиданный вброс адреналина! Она засмеялась над собой, быстро проходя сводчатыми выбеленными коридорами. За полминуты, что потребовались ей, чтобы успокоиться и перейти на прогулочный шаг, Венера успела сделать несколько поворотов и оказалась в области подвалов, ей незнакомой.

Кто-то прокашлялся. Венера обернулась и обнаружила приближающегося мужчину в ливрее прислуги. Он выглядел лишь смутно знакомым, что вряд ли было удивительно, учитывая количество недавно нанятых ей людей.

— Мэм, эта область еще не расчищена. Вы разыскиваете что-то конкретное?

— Нет. Я заблудилась. Откуда вы пришли?

— Сюда.

Мужчина зашагал обратно путем, которым они оба пришли сюда. Он был прав относительно состояния погребов; этот проход еще не отремонтировали, и расчищен он был по минимуму. На стенах все еще висели черные портреты, их глаза тут и там выглядывали из-за столетней пыли и копоти. Между фонарями тянулись широкие промежутки, и несколько людей, увиденных в боковых проходах, свелись к силуэтам на фоне далеких светлых дверей.

— Сюда, — ее гид указал на лестничный пролет, которого Венера ранее не видела. Узкий и погрузившийся в темноту, он круто стремился вниз.

Венера остановилась.

— Что за... — а потом увидела пистолет в его руке.

— Пошевеливайтесь! — проскрипел мужчина. — Живо!

Она чуть не выпалила, что он блефует. Один из тех быстрых шагов в сторону, как научил ее Чейсон, потом подсечка... он был бы на полу раньше, чем понял, что с ним произошло. Но она промедлила, и «слуга» отскочил в сторону — не достанешь. Пойманная на этот раз врасплох, Венера, спотыкаясь, шагнула в темноту с конвоиром позади.

— Вы заполучили кучу неприятностей, — сказала она.

— Мы не боимся властей, — презрительно ответил ее похититель.

— Я говорю не о властях, я говорю о себе.

Ступеньки закончились узким уступом над плохо различимой темной массой воды. Здесь было промозгло и холодно; глянув влево-вправо, она увидела, что стоит на краю большого бака — несомненно, цистерны.

— Мы следили за вами, — сказала фигура-тень сзади. — Уверяю, мы знаем, на что вы способны.

Пистолет снова упирался ей в спину, и похититель толкал так крепко, что она с трудом удерживалась на ногах. Она раздраженно поспешила вперед и очутилась на железной обшивке рядом с водой.

— Не знала, что у меня такое есть, — заметила она, поворачивая вправо, к источнику света.

— Это не ваше, это часть муниципального водоснабжения, — сказал слабо знакомый голос впереди.

Она оглядела черные глубины. Прыгнуть в них? Здесь может быть дренажная труба, через которую она бы проплыла, совсем как герои в романтических новеллах. Те герои, однако, никогда не тонули в темноте и, кроме того, если даже она выберется наружу, на улицах ее промокший вид обязательно вызовет скандал. Только этого ей сейчас и не хватало.

В дальнем конце бака был открытый участок. Те же самые столы и ящики, что она видела в винном погребе, были расставлены уже здесь, и на них сидели все те же юные революционеры. У освещенного фонарем стола стоял молодой человек с прямыми черными волосами и большими красивыми глазами. Он был одет в длинное пальто и фрак — она такие видела на модниках на улицах колеса; его скрещенные руки не мешали пальто разойтись колоколом достаточно широко, чтобы она увидела два пистолета в кобурах на его талии. Ей внезапно припомнилась одежда Гарта, которая выглядела как вариант того же костюма, только позатасканнее.

— Что это значит? — набросилась она на него, в то же время пересчитывая людей и выходы (из последних имелся один — закрытая железная дверь). — Вы ведете себя не очень-то по-добрососедски, — добавила она помягче.

— Усадите ее и свяжите, — сказал черноволосый юноша. Он обладал не лишенным мужественности, но мягким высоким тенором, и ясно выговаривал слова. Глаза были серыми и холодными.

— Да, Брайс.

Человек, который привел Венеру сюда, усадил ее на крепкий деревянный стул рядом со столом и, заведя ей руки назад, принялся вязать неуклюжий узел вокруг запястий.