Служба контроля магических существ - Севастьянова Екатерина

– Я Дэви, а не кьяни! А Дэви не любит все демоническое, начиная с этого дня.

– Дэви – злая, - веселясь, заключил вампир, - Дэви – не любит себя.

Я вспомнила про Ксению и про то, что те двое психопатов в бронзовой чешуе остались с ней наедине в квартире. На глаза невольно навернулись слезы. что если они вампиры? Или ещё какие-нибудь демоны? Или что похуже? Через минуту слезы уже лились по щекам. Успев прокрутить в голове все возможные варианты того, что после моего исчезновения демоны могли сотворить с Ксенией, я переключилась на себя. В «камере смертников» было дo дрожи холодно, почти как в холодильнике, даже изо рта шел пар на выдохе. Я сжималась, чтобы согреться, но босые ступни неизбежно заледенели, а пальцы на ногах я не чувствoвала уже последние тридцать минут. От стальных наручников запястья отяжелели, и теперь любое неосторожное движение вызывало нестерпимую режущую боль. После наручников останутся не просто синяки, а болезненные кровоподтеки... если, конечно, я вообще переживу этот день, или сейчас ночь? Или утро? Какое время вообще? Сколько я уже здесь?

До ужаса хотелось кричать и выть от несправедливости. Все эти демоны в комнате – преступники? Беглецы Цэрбеса? Те, кто предпочел жизнь на Земле жизни в мире демонов? Одноглазый принял меня за одну из беглецов, но я ичего не нарушала, ниоткуда не сбегала и никого не трогала, я лишь приютила собаку, подброшенную мне под дверь совсем не дружелюбным доброжелателем! За это не наказывают! Не так жестоко!

– Что мы здесь делаем?
– пытаясь успокоиться и отвлечь себя oт мучительных мыслей, сквозь слезы спросила я у мурлыкающего очередную песенку вампира. Он сменил мотив на более грустный, похоже издеваясь.
– Зачем мы здесь?

Но вампир не ответил…

– Кьяни очень странная, – задумчиво произнес он, после того как я шмыгнула носом, уже успев от волнения искусать все губы в кровь. – Кьяни не похожа на знакомых мне кьяни.

А знаешь, почему? Потому что я не кьяни, черт вас всех здесь подери! Вот почему! Я даже не понимаю, что такое «кьяни» или кто такие «кьяни». Мне никто ничего не объяснил, меня просто столкнули в потусторонний портал, даже не захотев для начала во всем как следует разобратьcя. затем посадили на цепь в комнате смертников среди демонов и вампиров, ожидать чего… Смерти? Казни? Линчевания?

Ответа долго ждать не пришлось, не дольше трех часов с тех пор, как я очнулась. Неожиданно часть стены напротив меня отъехала в стороу, создавая нечто вроде дверного проема, впуская в комнату нескольких демонов в уже известной мне форме… в черных мундирах с золотыми эмблемами или настоящими гербами грифонов на груди. С их появлением прежняя тишина, царившая в комнате, была неотвратимо нарушена. Пожилая женщина истерично заголосила что-то на незнакомом, рычащем диалекте, что-то несвязное, явно отдаваясь в объятия животному страху. Вампир тоже напрягся, его лицо приобрело серый оттенок и губы сжались в плотную линию. Демон со звериной внешностью – пушистым хвостом и ушами – вжался в стену, задрожал, спрятал лицо трусливо и совсем не по-мужски.

Когда у всех пленных вокруг началась неподдельная паника, я тоже подобралась и настороженно покосилась на вошедших, не зная чего ожидать. Их было четверо – трое мужчин и одна женщина. Палачи! Догадаться, кто в их компании главный, труда не составило, потому что все пленные смотрели только на него, умoляли о пощаде только его – одного демона, очень высокого, намного выше и страшнее других сопpовождающих, с огненными глазами, в которых буквально горело пламя и плавились искры. Длинные, немного вьющиеся черные волосы каскадом ниспадали на широкие плечи и жуткое лицо палача, отчего он казался диким и безжалостным. Но дикий вид ему придавали ещё и острые рога, и загорелая кожа, иссеченная царапинами и небольшими старыми шрамами.

Мужчина… демон… существо… он вселял настоящий ужас.

Я сделала спасительный вдох, запоздало понимая, что не дышала с того самого момента, как палачи вошли в комнату и стена за их спинами с тихим шипящим звуком вернулась на место, захлопывая мышеловку, из которой е было выхода живым.

Высокий демон с прожигающим взглядoм остановился в центре, почти касаясь рогами потолка, сложил руки за спиной и медленно осмотрел пленных, до мелoчей изучая черты лица каждого.

Я вздрогнула всем телом, непроизвольно звякнув массивными цепями, когда оранжевый взгляд, с пляшущими в нем бликами внутреннего огня, задержался на мне. И тут же во рту пересохло, все мышцы разом свело, и неприятная боль неестественного происхождения сдавила виски.

Я судорожно всхлипнула. Демон моргнул и отпустил меня из-под власти своей сверхъестественной силы, обращая внимание на следующего пленного. Что произошло? В опасных глазах было что-то по-настоящему безумное, я это сразу поняла, как только он вошел! И дело не в том, что у демона зрачки вертикальные, как у ящера, а радужка насыщенно оранжевая, меняющая оттенок. Нет, толика безумного в демоне действительно присутствовала!

– Начни с той, Сэйн, – нерешительно подала голос женщина-кошка за спиной огненного демона. Спина у мужчины, конечно, огромная, как и плечи, как и весь он, женщину почти не видно, только кончики ушей и длинный пушистый хвост, которым она нервно подергивала, обвивая свои ноги.
– Та демоница не похожа на беглянку.

Демон прислушался к словам кошки и посмотрел на запуганную старушку, которую вид демона пугал ещё больше, чем меня. Хотя происходящим я была напугана до предела ещё несколько часов назад.

Сэйн приблизился к несчастной, забившейся в панической истерике. Старушка что-то закричала, что-то совсем неразборчивое. Но демон всего лишь наклонился, снял с нее оковы и за воротник легким движением поднял ее на ноги, удержал, не давая снова упасть или отстраниться. Стаpушка не вырывалась, кажется, все здесь, включая меня, понимали, что нет смысла бороться с демоном, который был намного выше любого Земного мужчины и мощнее в разы, мундир на нем едва не расходился по швам.