Корона Тафелона - Авербух Наталья Владимировна

— А я? — оторопела Магда.

— А ты оставайся, — пожал плечами Виль. — Ты мне не нужна.

— То есть как — не нужна? — глупо захлопала глазами мать и вгляделась в лицо названого брата. — Но ты же говорил…

— Можешь возвращаться к своему барону, — великодушно разрешил убийца. — Спросят, так и ответишь — забрал Эрну и ушёл.

— Одна?!

— Ай-ай-ай, Маглейн, — повторил убийца. — Привыкла на горбу у папаши Виля выезжать. Пора бы тебе повзрослеть. Вот теперь и поучишься.

— Повзрослеть?!

— Брось, Маглейн, — досадливо отмахнулся Виль. — Хорош спорить. Доберёшься как-нибудь. Придумаешь. А нет — останешься здесь. Тут, знаешь, тоже прожить можно. Замуж выйдешь. Здесь ведьм на кострах не жгут.

— Замуж?!

— Не хочешь — не надо, — пожал плечами Виль. — Эрлейн! Живо!

Мать шагнула вперёд, загораживая девочку.

— Она никуда с тобой не пойдёт, — отчеканила ведьма.

— А то что? — засмеялся Виль. — Брось, Маглейн. Давай расстанемся по-хорошему.

Магда снова вгляделась Вилю в лицо, но ничего не смогла там прочитать. Эрна прижала к груди веточку с недожаренной рыбой и тихонько отползла в сторону, пока взрослые не обращали на неё внимания.

— Чего ты хочешь? — прямо спросила ведьма.

— Я? — удивился вопросу убийца. — Я же сказал. Забрать своё и отделаться от тебя. У меня есть дела поважнее, чем возиться с глупой курицей, которая почему-то называет себя ведьмой. Ты разве не рада вернуться насиживать своего цыплёнка?

— Виль, перестань! — взмолилась Магда. Убийца засмеялся.

— Виль то, Виль сё, Виль, сделай, Виль, приди, Виль, уйди. Сама теперь проживёшь, своим умишкой.

— Виль, я прошу тебя.

Убийца покачал головой.

— Радуйся, что жива остаёшься, Маглейн. А будешь надоедать…

В его руке сверкнул нож. Магда произнесла несколько слов — Эрна не расслышала — и нож сам собой выпал из руки убийцы. Виль засмеялся ещё громче.

— Ай-ай-ай, Маглейн, как нехорошо. Заговоренный нож папаше Вилю подсунула, да? Как глупо. Ничему тебя жизнь не учит. Ты же не думаешь, что он у меня последний?

Лицо ведьмы страшно побелело в свете очага. Она согнула ноги и опустилась на колени.

— Я тебя умоляю, — прошептали бескровные губы. — Оставь мне мою девочку.

— Я тебя не слышу, — резко бросил убийца. Казалось, он наслаждается происходящим.

— Умоляю! — крикнула ведьма.

— То-то же, — смягчился Виль. — А то горазда приказывать.

Он отступил на шаг и выставил вперёд ногу.

— Целуй, Маглейн, — предложил он. — Будешь теперь меня как рабыня слушаться.

Эрна как во сне — тогда это казалось нереальным, немыслимым! — смотрела, как мать жалко, на коленях ползёт по полу, как…

Девочка дико завизжала, её магия вышла из-под контроля, из-под пальцев полилась тьма, заполнила хижину, селение, весь мир и…

Когда Эрна проснулась, в хижине было… спокойно. Мать привычно ворчала, Виль привычно огрызался. Никто ни над кем не издевался, никто никого не унижал и Эрну забирать Виль, кажется, тоже не собирался. Только волчонок в своём углу злобно скалил на мужчину острые зубки. В своё время оборотница пробовала их не только скалить и уже успела усвоить, что «этого дядю кусать нельзя».

— Нежная она у тебя, — брюзгливо заявил дядюшка Виль, кивая на Эрну. — Как работать будет?

— Твои шуточки… — с отвращением ответила мать.

— Дура ты, Маглейн, — вздохнул Виль. — И Эрлейн такая же дурочка. Урок тебе. И ей тоже. Нельзя ни на кого полагаться. Далеко она у тебя уйдёт с её вечной верой в добрых дядюшек и тётушек, а? Сегодня ты знаешь человека, завтра он тебя зарежет за медяк.

— И ты? — спросила Эрна, натягивая на себя ветхое одеяло.

— И я, — отозвался Виль. — Я — особенно. Что ж ты за бестолковщина такая, а, Эрлейн? Волшебница нашлась. Если даже ты ничего, кроме этой темноты не умеешь, что ж тебе мешало её нарочно выпустить и чуть раньше, а? Визг, обмороки. Куда это годится?

— А как надо было? — насупилась девочка.

— Ну хотя бы напустила бы темноты, взяла бы полено потяжелее и приложила бы дядю Виля по голове, — посоветовал убийца.

— Ты бы увернулся, — засомневалась Эрна.

— Но ты же не попробовала.

— Не издевайся больше над мамой, — вместо ответа попросила Эрна.

— Да кому твоя мамаша нужна — над ней издеваться? — засмеялся Виль. Он наклонился и поднял с пола нож. Протянул рукоятью девочке. — Держи. Теперь твой будет. Раз твоя мамаша его зачаровала. И ведь хитрая же тварь! Увела его у кнехтов, которые меня везли, чтобы мне его вернуть. Такая прекрасная мысль — и так глупо себя выдала. Дура ты, Маглейн, всегда это говорил.