К океану отправились впятером в послеполуденное время. Александр предпочел остаться дома, доделывал булавы. Две штуки.

– Самое неправильное время для загара, – бурчала Моника, но тем не менее резво топала за мужчинами.

– У тебя шляпа огромная. И крем солнцезащитный есть, – заметила на ее ворчание Светлана. – Повезло, что чемодан с курортными вещами при тебе был.

– Так-то да, но шляпа истреплется, крем закончится. И что тогда делать? – строила долгосрочные перспективы Акуличева.

– К тому времени твоя кожа адаптируется к новому климату, – предположила Диана.

– Или на планете организуют производство по выпуску шляп и кремов, – не унывала старшая из трех женщин.

– Матвей! Чего это ты там рвешь? – переключилась Моника с недовольства солнечными лучами на действия Воронцова.

Их путь пролегал через узкую лесную речушку, из прозрачной воды вытягивались по струнке стебли с раздвоенными острыми листьями. Вот эти стебли пилот не рвал, а выдергивал вместе с клубнями.

– Стрелолист, – объяснил Матвей. – Его клубни можно есть. По вкусу напоминают орехи, а печеные – картофель. Годится также нанизывать на веточки и сушить, получишь гибрид съедобных грибов.

– Воронцов, с тобой не страшно и в джунглях заблудиться, – полушутя-полусерьезно сказала Моника.

– Поверь, лучше там не теряться, – спрятал Матвей добытые растения в рюкзак.

А ведь он точно умеет выживать в джунглях, – думала Диана, глядя на широкую спину друга Демьяна. И вряд ли его можно назвать хорошим парнем, хотя внешне он именно таким и выглядит.

Океан появился внезапно. Только что над головой смыкались, шелестели пальмы и фикусы, но еще несколько шагов – и перед глазами синяя водная гладь.

Лес практически примыкал к воде, оставляя для береговой линии не так уж много места. Горячий песок делил пространство с такими же горячими валунами. Из гигантской окаменелой ракушки выглядывал целый отряд деликатесных крабов.

Картина океанической безмятежности ассоциировалось у Дианы с бесконечностью, незыблемостью мира. Океан свободен, вечен и не подчинен человеку. Все мысли здесь останавливались, сбивались с быстрого ритма, становились тягучими, медленными, легкими.

– Я в раю, – прошептала Диана.

Демьян услышал, обнял ее.

– Диан, ты сама, как райская птица, – поцеловал он ее в щеку.

Чуть в стороне от того места, к которому они вышли, выстроились, привязанные к колышкам лодочки. Матвей снял обувь, зашел в воду и отвязал один челнок. Демьян закинул внутрь удочки и жестяную банку с прикормкой.

– Так что, будут желающие на рыбалку? – приготовился толкнуть Воронцов лодку. – Есть одна вакантная лавка.

– Нет-нет, – махнула рукой Моника. – Мы с девочками лучше поплаваем.

– Как знаете, – подмигнул ей Матвей, и двое мужчин отправились за добычей.

– Девочки, хорошо-то как! – счастливо улыбалась Светлана. – Я ведь до сей поры океана и не видела ни разу.

Они втроем вдоволь наплавались и только что выбрались из теплой соленой воды. Рыболовов было видно с берега, и в ожидании их возвращения женская компания предпочла позагорать. Светлана распласталась на коврике, сплетенном умелыми руками ее мужа. У Моники во вместительном курортном чемодане нашелся надувной матрас, на котором они свободно уместились с Дианой.

– Согласна, – с закрытыми глазами произнесла Акуличева. – Эта планета классная. Лично я рада, что оказалась здесь.

– Белочка, а ты как, прижилась немножечко? – участливо спросила Коровина симпатичную ей соседку.

– Мне пока трудно, – честно призналась Диана. – Слишком много всего неизведанного, возможно, опасного. Но в целом, я понимаю, могло бы быть намного хуже. Мне нравятся краски нашего нового дома, тут так все ярко, сочно, выразительно. Никакой тусклости или серости, даже когда идет дождь. Дождь здесь тоже особенный.

– И Демьян под боком, – лукаво обронила Светлана.

– И Демьян, – не могла перестать смотреть Диана в сторону лодки на обнаженную по пояс фигуру желанного мужчины.

Стрелок будто почувствовал ее взгляд, обернулся, приподнял вверх удочку с пойманной серебристой длинной рыбиной.

– Диан, он ведь влюблен в тебя, – наблюдала за ней Светлана, – И такими мужчинами не стоит разбрасываться.

– Да, я знаю, – улыбнулась Диана. Она не стала говорить подругам о том, что и сама уже отчаянно влюбилась.