Жена по праву - Тирс Зена

– Хорошо, – ответил после недолгого молчания нетерпеливый “супруг”. – Халат и полотенца на полке в шкафу.

Я услышала звук удаляющихся шагов, и облегчение прокатилось по жилам.

Согласился дать мне искупаться и подсказал, где взять халатик? Вау! Может, с ним можно будет найти общий язык? Отмазаться месячными или ещё чем-нибудь?

Скинув противное мне чужое свадебное платье, я забралась в тёплую воду и принялась оттирать с себя пятна вина.

Валери была худенькая, стройная и красивая. Я настоящая, которая находилась в больнице, тоже была сейчас о-о-очень стройная. А когда-то была ещё и красивая. Яркая блондинка с тёмно-синими, яркими, как сапфир, глазами. Но за время болезни волосы выпали, потом отрасли короткие и бесцветные. А глаза потеряли цвет морских пучин, поблекли и превратились в прозрачные лужицы.

Как там моё тело? Жива ли я?

С надеждой я поглядела на зеркальце, лежавшее на бортике купели.

– Валери, ты как? Слышишь меня? – прошептала, протирая мокрым пальцем запотевшую поверхность.

Безмолвие…

Ладно, так и быть, скажу его инквизиторской тёмности, что у меня внезапно начались дни и меня нельзя трогать. А если это его не остановит, изображу обморок. А что, прекрасная идея! Не будет же он подтверждать брак с полуживой супругой? Выиграю время, а там…

Может, Валери объявится? Я ведь сильная! Очень сильная! Я не могу умереть!

– Три минуты, – донеслись слова палача, и я подёрнулась, как осиновый лист на ветру.

Наспех вытерев длинные волосы, завернулась в белый махровый халат, на груди которого была вышита красивая золотая буква “А”, и с глубоким медитативным выдохом сдвинула защёлку.

Но от увиденного чуть не задохнулась. Тут же захлопнула дверь, вернула назад защёлку и для надёжности подпёрла поверхность спиной.

Избежать связи с Ни-и-им?! Ка-а-ак? Если он стоит там такой красивый и… голый!

Ладно, не совсем голый, в брюках, но без рубашки! Опёрся на стол и так сексуально потягивает вино.

Я зажмурилась, прогоняя запретное видение.

Но…

Как развидеть гору мускулов, мерцающих в приглушённом свете ламп? Точёные рельефы идеально развитых мышц, словно этого мужчину лепили древнегреческие скульпторы. Меня пьянил его вид и густой аромат диких холмов, напитавший мои лёгкие. Эх, я бы написала его на холсте, будь у нас иные обстоятельства… Будь другие обстоятельства, ещё бы и полюбила. Наверное…

– Минута, Валери!

Я услышала приближающиеся шаги и замерла, как мышь в норке, у которой поджидал кот. Что-то подсказывало, штрафные минуты мне никто не подарит.

– Сейчас, я кое-что забыла… – пискнула я.

Что же делать? Что? Соберись, Лера! Приготовься сказать о месячных. Но с какой фразы начать?

– Десять. Девять. Восемь…

Я открыла дверь, не дожидаясь, когда лорд-инквизитор досчитает до нуля, ворвётся и выволокет меня, распяв на кровати. Или на столе…

– Нам надо поговорить, – проговорила я, поднимая взгляд на палача.

Нет, не древнегреческие скульпторы его лепили! Те скромно курят в сторонке со своими недоделанными мужскими причиндалами. Достоинство же моего “супруга” под натянутой тканью брюк заставляло меня хорошенько волноваться.

По коже пробежали мурашки от воспоминания, что я уже ощущала жар его плоти на своей коже, когда он… Это было слишком волнующе и желанно, чтобы я могла не думать. Не в ближайшие лет десять или даже сто десять, извините.

– О чём поговорить, Валери? – нахмурился лорд-инквизитор.

В звуке его голоса слышалось раздражение, нетерпение и леденящий холод. Нет, он не пожалеет меня. Задушит этими самыми руками, если узнает, кто я.

– Для начала зови меня Лера.

Мужчина нахмурился сильнее и стиснул челюсти.

Ну всё, добра не жди.

– Лер-р-ра? – пророкотал он бархатным голосом, и мне очень понравилось, как в его устах прозвучало моё имя, особенно “р” – он её очень приятно прорычал. В груди даже пробежала щекотка.

– Это моё домашнее имя, – солгала я.

Хотя нет, не солгала. Имя было действительно моё, домашнее, привычное. А вот играть роль неизвестной мне Валери я не желала. Пусть зовёт меня моим именем.

– Хорошо, Лера, – произнёс “супруг”, продолжая пялиться на меня в банном халатике. – И ты не стесняйся называть меня Роберт, а не лорд Адальхарт, как на протяжении всего дня. Мы теперь женаты.

– Договорились, Роберт, – кивнула я.

От произнесённого вслух его имени по телу побежала приятная волна тепла.

Вообще, для преступницы, стоявшей лицом к лицу перед палачом я держалась очень даже хорошо, стойко. А то, что дрожал голос и холодели пальцы, так это можно списать на страх юной невесты перед брачной ночью – вполне объяснимый, когда перед тобой такой мужественный мужчина.