Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе - Удалова Юлия

В этот форт, из которого больше недели не было никаких вестей, и куда мы с отрядом прибыли на разведку.

Форт Рупель.

А вел нас генерал Ричард Сальваторе.

Мой отец.

Перед тем, как связь с фортом оборвалась, оттуда пришло несколько странных, непонятных сообщений.

В последние месяцы из приграничных с Лиманом территорий поступали непонятные вести, что в соседнем королевстве происходит что-то странное.

Лиман, с которым Серинити всегда находилась в дружеских отношениях, вдруг почему-то закрыл границы.

Наши разведчики никак не могли выяснить, в чем дело.

Докладывали, что в Лимане государственный переворот. Что там разразилась какая-то эпидемия, от которой люди мрут пачками. Наконец, что Лиманское хочет пойти на Серинити войной.

Отец не мог проигнорировать нестабильную ситуацию – ведь если на нас готовилось нападение, мы должны были быть во всеоружии.

В скором времени он выдвинулся к западной границе. Едва о тревожных новостях узнал я, то вместе со своим небольшим отрядом, которым тогда командовал, поспешил на подмогу, в ставку его штаба, который расположился близ небольшого селения Ветреско.

В Серинити начинался сезон дождей, и это ухудшало ситуацию – снабжение, продовольствие, но, главное, связь.

Я не ждал, что темный генерал Ричард Сальваторе встретит мой отряд с распростертыми объятиями. На тот момент я уже не испытывал по поводу отношения ко мне отца ровно никаких иллюзий.

Но и такого холодного приема не ждал.

В своем сне я, как и два года назад, снова стоял перед ним по стойке смирно в насквозь грязной дорожной амуниции, а генерал отчитывал меня за то, что прибыл без приказа.

– Я узнал о дурных слухах и всего лишь хотел помочь, – оттарабанил я, глядя в пространство. – Среди моих людей хорошие разведчики. Мы в вашем полном распоряжении, Ваше Высокопревосходительство.

Отец уселся за заваленный картами стол, неодобрительно глядя на меня.

– Где Данте?

– В плавающем храме у мастера Пэй Суна, постигает искусство рукопашного боя. Я отправил туда гонца с последними известиями о том, что происходит на границе, но Сун не любит непрошенных гостей, поэтому прячет местоположение храма. Письмо дойдет до Данте в лучшем случае через две недели.

Ричард Сальваторе уткнулся в карты, даже не взглянув на меня.

– Можете быть свободны, младший лейтенант.

Ну, хорошо хоть, не прогнал из ставки и позволил моим ребятам стать лагерем рядом, иначе это было бы для меня полным позором.

В расположенный на самой границе форт Рупель, откуда перестали приходить вести, темный генерал повел нас на разведку сам.

Это было, конечно, неправильно для военного его ранга, для военачальника.

Но фортом командовал его старый фронтовой товарищ, полковник Найджел Абрамс. Поэтому отец не мог остаться в стороне.

Форт выглядел так, как будто его покинули много дней назад – мрачные каменные стены и спущенные флаги, вяло колышущиеся, как грязные тряпки.

Солдаты как будто просто ушли оттуда. Но как они могли покинуть свой боевой пост?

Потом мы заметили эту странность – по форту были развешаны колокольчики. Много-много маленьких колокольчиков.

Они были повсюду – во дворе, в дверных проемах, по стенам…

– Они тут что, демонов изгоняли? – с усмешкой спросил кто-то из отряда.

В этот момент раздался единичный мелодичный трезвон.

В дверях одного из кирпичных сооружений появился человек, который задел колокольчик ногой.

Он шел неверным шагом, слегка пошатываясь, весь в крови…

Отец тут же подскочил к нему и перехватил его руку, опирая о свое плечо.

– Найджел, старина, ты ранен! – воскликнул отец. – Все будет в порядке, мы окажем тебе помощь! Держись за меня крепче.

Полковник Абрамс посмотрел на него абсолютно безумными глазами и вдруг…

Впился зубами в шею отца, вырвав кусок кожи!

Никто и не понял, что произошло, а я тут же выхватил арбалет и пристрелил полковника Абрамса метким выстрелом в голову.

– Что ты натворил, лейтенант? – прорычал отец, оттирая кровь с шеи. – Ты убил моего друга! Тебя ждет трибунал!

Я подошел к полковнику и присел рядом с ним на корточки, разглядывая убиенного.

И мне стало совершенно понятно, что кровь на полковнике большим счетом, чужая. А совсем не его собственная.

И еще выглядел он паршиво, потому что был покрыт какими-то красными струпьями и наростами. А еще на его икре обнаружился зарубцевавшийся фиолетовый укус.

– Это существо уже не было вашим другом, Ваше Высокопревосходительство, – ровным тоном доложил я, как будто и не слышал про трибунал. – Пусть целители немедленно очистят вашу рану!