Смех красной лисицы - Лирийская Каролина Инесса

— Стой! — неожиданно приказала Акира, прижав руку ко лбу. — Здесь очень сильная ментальная защита, я… Вот дерьмо!

— Я ничего не…

Кайто вслушивался и всматривался туда же, куда и растерянная Акира, но ничего не чувствовал. У него не было такого ментального поля, как у капитана, Кайто заметил бы опасность, только когда вражеский ментат подожжет его разум и вытащит те детские кошмары, которые пугают больше всего…

Рассеянность рассудка — первый признак того, что на тебя влияют извне.

Кайто поднял голову к потолку и вдруг почувствовал, как на его щеку слезой упала снежинка.

***

Снег снова хрустел под подошвами сапог. Он медленно пошел вперед, настороженный, как кот, почуявший опасность, вглядываясь между деревьев в поисках теней. Река звала и манила, шелестела где-то рядом, но Кайто некогда было отвлекаться. Снежные мошки кусали его щеки, застилали глаза. Было холодно.

Впереди мелькнуло что-то быстрое и злое, раздался дикий визг. Тень отделилась от высоких зазубренных камней и побежала — Кайто узнал в ней Акиру. Ткань кимоно развевалась за ее спиной, как девять пышных лисьих хвостов. А за ней летела, не касаясь земли, призрачная девушка в белом одеянии; приглядевшись, Кайто увидел, что у нее вовсе нет ног, а глаза горят алым на бледном, точно прилипшая маска, лице.

Оживший рисунок из старых гравюр, которые мельком проходили в военной академии империи Аматерасу. Юрэй, неупокоенный дух, над которым не совершили ритуалов.

Не раздумывая, Кайто бросился вперед, догоняя двух девушек — живую и мертвую. Он чувствовал страх Акиры, от которого стеклянно звенел воздух, и мог бы найти ее с закрытыми глазами. Взметнулся снег, Кайто перескочил через вывернутый из земли корень.

Ему оставалось только надеяться, что в реальности он не запнется о какой-нибудь провод и не свернет себе шею, гоняясь за призраком… Но чем дольше морозный воздух резал его легкие, тем более настоящей казалась роща и тем дальше уплывал покинутый космический корабль.

У него не было никакого оружия, но Кайто заметил оставленный им зонт, схватился за рукоять, потянул на себя… и вынул тонкий острый клинок, приветственно сверкнувший. Катана идеально легка в руку, стремительная и опасная, как укус змеи. Времени на пробные выпады не было, потому Кайто оставалось только надеяться, что чистая сталь, отразившая его лицо, не подведет.

Акира упала, коротко вскрикнув. Юрэй уже тянула к ней руки, обросшие загнутыми когтями, что-то завывая, как больной в припадке, когда Кайто в длинном прыжке настиг ее… Ненадолго время застыло; он думал, что поразит призрака между лопаток, впившись в тонкую девичью спину, но она развернулась, изломившись, как живой человек не смог бы, и встретила его резкий выпад своими отточенными когтями. Кайто замер, чувствуя в напряженных руках огромную силу отдачи. Катана соскользнула вправо, он отклонился, скорее угадывая, что юрэй попытается тут же достать его.

Сапоги взрыли снег, когда Кайто отлетел назад. Его противница глухо застонала, хватаясь за голову, зарылась узловатыми пальцами в черные спутанные волосы, но горе, исказившее ее лицо, не помешало ей увернуться от грубого рубящего удара. Кайто и сам чувствовал, что его ярость не подходит для этого изящного клинка, воплощения сна, но ничего не мог с собой поделать. Они с юрэй кружили друг напротив друга, выпытывая слабые места редкими ударами.

Акира, которой стоило бы спрятаться за деревьями, вдруг вскочила, кинулась наперерез, выхватила из-за пояса оби веер, сорвала обманные ножны, обнажила короткий клинок. На мгновение Кайто показалось, что она обезумела и хочет вонзить нож танто себе в шею, но Акира ловко накинулась на призрака, когда тот отвлечен был стремительной и немного сумасбродной атакой Кайто. Нож вспорол бесплотное платье, не причинив вреда, но юрэй завыла, завертелась, пытаясь отомстить Акире, и тогда Кайто угадал момент, чтобы рвануться вперед и отсечь ей голову одним широким взмахом.

Голова упала в снег; не пролилось ни капли крови, словно ничто не могло нарушить безмятежность и чистоту рощи. Наклонившись над тающими останками призрака, Кайто увидел, что алые глаза погасли, а потом и вовсе стерлись, как рисунок углем.

Деревья молчали, снова пошел снег. Оглянувшись, он увидел Акиру — растрепанную, немного испуганную, сжимающую танто в руке. Она улыбнулась ему криво и упала в снег; силы оставили ее.

…Они были в просторной круглой каюте, похожей на зал для конференций. Под ногами у Кайто лежал старый охранный робот, лишенный головы и тихо потрескивающий, когда по рассеченным проводам пробегали искры. Он проржавел, хотя когда-то, несомненно, был сияющей фигурой девушки-андроида — обнаженной и безликой, запрограммированной защищать капитана. Он видел рекламу.

Акира нетвердо поднялась на ноги, взглянула на него испуганно.

— Твоя рука, — негромко сказала она, голос хрипел от крика.

Кайто поглядел на свои руки, иссеченные от ударов стали о сталь. Правая перешла в боевой режим, протез выщелкнул длинный прямой клинок катаны, бритвенно-острый, отточенный.

— Заело, — пробормотал он, пытаясь сквозь броню пережать спусковой крючок в локте. — Зараза… Что это было? Почему мы снова?..

— Здесь стояла мощная ментальная защита, думаю, генератор встроен в ядро этого андроида-телохранителя, — собравшись, пояснила Акира. Она осторожно подошла оглядеть железное тело. — Я попыталась сломить защиту, но… она оказалась сильнее. Все, чего я добилась, — это подкинула ей свой образ вместо заготовленных пыток. Я контролировала видение.

— Получилось неплохо, — неловко похвалил Кайто. Он не был мастером комплиментов, а Акира выглядела слишком вымотанной, поэтому только усмехнулась уголком рта. Вполне возможно, ее воля уберегла их от жутких видений, которые подавили бы всякую волю к сопротивлению. — Серпенты ни о какой защите не упоминали, да?

— Может, не знали. Я не вижу здесь наших предшественников.

— Как и кости команды.

— Я не хочу обшаривать корабль, — призналась Акира, — но нам нужно узнать, что здесь случилось.