Вопрос Ллойда и Смерти - Армстронг Мэтт

Койот задрожал от страха и заскулил, когда оставшиеся в живых наемники приблизились к лежащему без сознания некроманту. Схватив его за руки и за ноги, они неуклюже отнесли его к фургону и бросили внутрь, лишив всякого достоинства. Как только они справились с ним, они вернулись и с мрачными лицами собрали кости своих павших товарищей.

Они выглядели испуганными, но не без удивления. Они знали, с чем столкнулись, и действовали как профессионалы. Сложив все, что было внутри, рядом с обмякшим телом Джефферсона, они забрались на переднее сиденье, фургон сдал назад и умчался. Солнце сияло над головой, и я не мог за ним угнаться. Даже если бы сейчас была ночь, я все равно не смог бы преследовать его, так как монстры преследовали меня в темноте.

Доктор Гордон Джефферсон теперь был во власти "Вардот Индастриз", и они использовали его, чтобы добраться до девушки. При необходимости, с применением силы.

— Ты можешь последовать за мной? — Спросил я койота, мой голос сорвался, и мне пришлось откашляться.

Эйч настороженно посмотрел на меня и ничего не ответил.

— Я приму это за "нет". Трудно отследить фургон по запаху. Ты можешь отвести меня к Кэти?

Почти жалобно прохныкал он.

— Слишком далеко, да?

Фырк.

— Вполне справедливо. Послушай, я не знаю, сможешь ли ты меня понять, но если ты вернешься к ней, скажи, что я приду — Я огляделся по сторонам, заметив, что несколько прохожих поблизости пялятся на нас — Тебе нужно немедленно уходить. Кто-нибудь наверняка сообщил бы о тебе в полицию — здесь небезопасно.

Подняв голову, койот снова заскулил.

— Ты должен идти — уговаривал я, рискуя пальцами, когда похлопывал его по спине. — Иди.

Он поднялся с легким протестующим лаем, бросил на меня последний взгляд и убежал, исчезнув за считанные секунды.

Поднявшись на ноги, я направился обратно, мои мысли путались на грани бессвязности. Я никак не мог узнать, куда они его увезли, и должен был следить за девушкой, пока не выясню это. Мне нужно было добраться до хижины. Возможно, она нашла ее и ждала меня.

Я словно в тумане шел по тропинке гораздо медленнее, чем пришел. Я опустил голову, опустил глаза и ничего не замечал вокруг. Я лихорадочно соображал, думая о том, чему стал свидетелем, и о том, что за этим стоит, переживая это событие снова и снова. У меня закружилась голова, меня затошнило, я был напуган и глубоко опечален.

Я балансировал на грани реальности, отключившись от окружающего мира. Мои пальцы ног болтались над пропастью, вошедшей в поговорку, и только каблуки удерживали меня от падения. И все же утес сотрясался, как будто великан колотил кулаками по скале, пытаясь сбросить меня и отправить вниз, в его раскрытую пасть отчаяния.

Сойдя с тропинки, я сел в траву, подперев подбородок руками, и уставился в никуда. Я с трудом дышал, грудь сдавило, в горле образовался свинцовый ком. Мир вращался все быстрее и быстрее, намереваясь сбросить меня со своей поверхности и изгнать в пустоту космоса.

— Вот ты где! — прокричал далекий голос — Какого черта, Ллойд? Ты просто бросил меня там.

Моя голова оставалась опущенной, и я не обратил на это внимания.

— Кто, черт возьми, это был? Чертовы камни! — прорычала она, и ее голос стал ближе — Кто убегает гоняться за койотами? Тебе повезло, что я не села в свою машину и… Ллойд? Что случилось?

Мои глаза были широко раскрыты и не мигали, а руки заметно дрожали. Мне хотелось плакать, но внутри у меня была засушливая пустошь, моя душа, пойманная в ловушку среди чуждого ландшафта, одновременно подвергалась радиационному облучению и замерзала насмерть.

Что-то, возможно, рука, погладило меня по спине. Я вздрогнул, но никак не отреагировал. Тепло другого человека прижалось ко мне, рука скользнула по моей спине, схватила за плечо, обняла и крепко сжала. Другая рука сняла с меня шапочку и нежно погладила по волосам, когда я наклонил голову вперед. Мои руки упали на колени, а щека прижалась к шерстяной ткани кардигана.

Декадентский аромат тыквенных специй поднимался вверх по склону утеса, успокаивая бешеный натиск воображаемого гиганта. Он пропитал землю, укрепляя ее под собой. Все замерло, когда ноты лаванды защекотали мою кожу, распространяясь от носа и вызывая румянец на лице. Это ощущение распространилось по моей шее и плечам, как нейтрализующий агент, замедляя бурную химическую реакцию. Я моргнул, и сырой песок под моими веками протестующе заскрипел, тая.

Мир вокруг меня содрогнулся, и мне стало легче дышать. Прохладный осенний воздух наполнил мои легкие, борясь с суматохой, смывая излишки, но оставляя в моем сердце тонкий осадок тоски. По-настоящему это никогда не пройдет. Это чувство будет присутствовать всегда, и сейчас, и раньше, угрожая задушить меня в любой момент. На данный момент приливы улеглись, и я снова мог дышать.

Когда мое зрение восстановилось, я увидел пару черных туфель на шпильках, брошенных на земле. Рядом со мной на траве лежали две голые коленки, прижатые друг к другу. Моя щека покоилась на ее груди, ее грудь, обтянутая серой шерстью и белым хлопком, естественно вздымалась от спокойного и ровного дыхания. Дрожь в моих руках и ногах замедлилась, а затем и вовсе прекратилась, пока я продолжал вдыхать аромат Пенелопы. Я позволил себе раствориться в ее объятиях.