Стань светом в темном море. Том 3 - Softcoral

Я успел прикрыть голову рукой — и в тот же миг со всего размаха впечатался в эту железяку. Из глаз посыпались искры. Боль такая, что хотелось отключиться. Вся правая сторона тела горела от удара.

Хотелось выть, слезы сами брызнули из глаз, но под водой этого, конечно, все равно никто бы не заметил. Могучая сила продолжала тащить меня вбок так, что казалось — кожу на животе вот-вот разорвет. И в тот момент, когда я уже решил: «Черт с ним, даже если сдохну; надо хоть понять, что нас тащит», меня выдернуло на поверхность.

Я закашлялся, захлебываясь и выплевывая соленую воду, несколько раз жадно вдохнул и вдруг услышал крики. Обернувшись, увидел Чон Санхёна — он во все горло орал, чтобы его спасли, вцепившись в металлическую конструкцию под потолком. Рядом болтался в воздухе Син Хэрян.

Я несколько раз моргнул, стряхивая воду с ресниц, и наконец понял, что произошло. Син Хэрян закрепил паракорд на потолочных балках, зацепил за него меня и Ким Чжэхи, а сам прыгнул вниз, используя тяжесть своего тела как противовес.

Чем глубже он опускался, тем выше поднимались мы с Чжэхи, — простейшая физика в действии: блок и противовес. Вот уж не думал, что однажды испытаю его на собственной шкуре, да еще и на Подводной станции.

С трудом удерживая голову над водой, я попробовал вскарабкаться на тот самый холодильник, который чуть раньше едва меня не угробил. Дважды поскользнулся на гладкой поверхности, один раз приложился подбородком о корпус и наконец понял: гладкая бытовая техника — далеко не лучшая опора. Черт… больно-то как.

Ким Чжэхи, наблюдавший за моими жалкими попытками, вдруг расхохотался. Он явно был не в себе — смеялся так, будто сам не понимал, что происходит. В следующую секунду поток занес ему в рот какой-то мусор. Отвернувшись, он сплюнул размокшие клочки бумаги и закашлялся.

Тем временем Син Хэрян продолжал спускаться — нас снова дернуло вверх, и теперь в воде оставались только щиколотки.

Чжэхи ухватился рукой за паракорд, намотал его на протез на ноге и устало сказал:

— Спину так ломит, что проще было бы сдохнуть в воде.

Я попытался ответить, но вместо слов изо рта вырвался только кашель вместе с морской водой. К тому же у меня самого болели спина и живот — затянутый вокруг талии трос от парашюта будто пытался разрезать меня пополам. Во всем виновато течение. Я тоже ухватился за паракорд и, следуя примеру Чжэхи, начал наматывать его на предплечье.

Давление на живот и поясницу чуть ослабло, и я наконец смог выдохнуть. Когда Син Хэрян вообще успел обвязать вокруг меня стропу? Хорошо хоть закрепил ее на поясе. Будь она на шее, голову давно оторвало бы к чертовой матери.

Держась за паракорд, Син Хэрян мягко приземлился на торговый автомат, качавшийся на поверхности воды. Автомат просел под его весом, будто возмущенный неожиданной тяжестью в сотню с лишним килограммов, но уровень воды доходил ему только до голени. Балансируя на раскачивающемся корпусе, Син Хэрян окинул взглядом помещение.

Мы с Чжэхи поднялись почти под самый потолок — прямо к балке, на которой держался весь этот импровизированный «противовес». Я с трудом зацепился ногой за крепление светильника и обмяк: от усталости хотелось вырубиться. Но Син Хэрян даже не посмотрел в нашу сторону — продолжал настороженно высматривать опасность и вдруг закричал:

— Как вы? В состоянии двигаться?

— Мертвы. И телом, и душой, — пробормотал Чжэхи.

— Хотелось бы возразить, — вставил я, — но если смерть — это когда не можешь пошевелить даже пальцем, а все тело горит от боли, то я тоже мертв.

— Значит, в порядке. Оставайтесь на месте.

Я бы и этому возразил, но сил не осталось.

Цепляясь за решетку вентиляции, как обезьяна, Чон Санхён в панике закричал:

— Командир! Что теперь? Куда вы? Не бросайте нас!

— Ждите.

Торговый автомат, на котором стоял Син Хэрян, заскользил по воде, словно доска для серфинга. Расстояние между нами становилось все больше и больше. Я уже начал думать, что он уплывет неизвестно куда, как автомат вдруг остановился.

Я повернулся к Санхёну — тот вытирал рукой сопли и слезы, но выглядел, пожалуй, живее остальных — и спросил:

— А где Чжихёк и Эён?

— Не знаю. Не видел. Вдвоем куда-то свалили!

— Отлично.

Он уставился на меня и, заметив, как я вытряхиваю воду из уха, решил, что я не расслышал: