— Нашёл, — сказал я. — Несу в ментовку сдавать.

Генерал шумно выдохнул.

— Ну вот же… Слышали? Нашёл. Добровольная выдача. За добровольную выдачу огнестрельного оружия от ответственности освобождают. Всё, свободны.

Охранник потёр глаз и вышел первым. За ним потянулись росгвардейцы.

Щупин дождался, пока дверь закроется, и сразу наклонился к Абрамову. Шептал ему на ухо так яростно, что мог бы и не утруждать себя понижением голоса, и так все прекрасно было слышно.

— Сергей Сергеевич, вы же знаете, что он врёт. Вы разве ему поверили? Он же всех подведёт.

Я повернул голову и посмотрел на молодого. Щупин тут же выпрямился и сделал невозмутимое лицо служаки, который ничего такого не говорил и вообще всегда готов взять под козырёк.

Генерал, наоборот, оживился. Потёр руки, поднялся из-за стола и заговорил деловым тоном, как ни в чем ни бывало:

— Если ни у кого возражений и вопросов никаких нет, значит, принимаемся за дело. Так. Первое задание, Мороз. Езжай на место происшествия, туда, где случился побег. Осмотри там всё как положено. Криминалиста возьми, если надо, следака, чтобы под протокол сразу допосмотр оформить. И выясни, как этот гад умудрился испариться из ямы. Это ж никто так и не понял до сих пор.

— Конвойных ещё надо туда дернуть, — сказал я. — Чтобы картинку сложить.

— Да они ничего не помнят, — развёл руками генерал. — Они же лежали в отключке.

— Ну вот пусть так же лягут, как лежали в отключке. А я посмотрю.

— Но они в больничке. Не сдёргивать же…

— Ну договорись с главврачом — или с кем там надо.

Абрамов поморщился, будто я попросил у него не конвойных, а почку. Всё-таки поднял трубку, набрал кого-то, коротко поговорил.

— Ну вот. В общем, одного могут отпустить. Уже даже выписку собирались оформить. У второго сотряс посильнее. Доктора протестуют.

— Ладно, — сказал я. — Хватит и одного. Ну и следачка нужна протокол писать.

— Так вот же, — ткнул генерал пальцем в Щупина. — Прошу любить и жаловать. Твой новый напарник.

— Что-о? — выдохнул я.

— Да ты не волнуйся, — быстро заговорил Абрамов. — Это он с виду такой молодой. Щупин Валентин Матвеевич, старший лейтенант юстиции, двадцать восемь лет парню, а уже следователь по особо важным. Красный диплом академии, школа с золотой медалью. Отличник боевой и физической подготовки, так сказать. Надо же молодому поколению перенимать опыт от таких зубров, как ты, Илья Фёдорович. Сработаетесь.

Будто это я к нему с улицы, из-за забора наниматься пришёл, а не он мне этих двоих подослал, упрашивать.

— Я работаю один, — с нажимом проговорил я.

— Да погоди ты, — сразу вскинул ладони генерал. — Не получится одному. Ну пойми, сам же знаешь, что по каждому резонансному громкому делу формируется отдельная следственно-оперативная группа. Ты входишь в её состав и, соответственно, будешь её руководителем. Но сам же ты, Илья Федорович, не будешь по всем дворам бегать, все бумажки оформлять. Тебе же нужны люди. Ну…

Я почесал затылок и посмотрел на Щупина нарочито внимательно. Тот стоял прямо, только глазки сужены. Молодой, гладкий, правильный. Ну чисто угорь. Из тех, кого в академии любят показывать на фотографиях для проверяющих и прессы. В деле такие обычно не тянут.

— Ну, если бумажки оформлять… — кивнул я молодому. — А кофе варить умеешь?

Щупин сильнее стиснул зубы, насупился.

— Ладно, — махнул я рукой и повернулся к генералу. — Будет вместо секретарши. Только давай сразу, Сергей Сергеевич, обговорим всё до крутых поворотов. Если не выдержит стажёр, потом не обессудь.

— Я не стажёр, — прошипел Щупин. — Я действующий сотрудник Следственного комитета.

Я же продолжал, не отреагировав никак, будто никто тут кроме меня ничего не говорил:

— Если не будет справляться, мигом его заберёшь на другую линию работы.

Абрамов тут же закивал, будто согласен был буквально на всё — так боялся, что я сейчас развернусь и уйду. Но поспешил заверить:

— Да он справится. Работоспособный. Я уверен, что вы сработаетесь. Вы просто светлые головы в нашем… э-э… тёмном царстве. Кхе… А теперь всё, идите работайте. Будет завтра тебе, Мороз, и ксива, и ствол. А обрез всё-таки сдай в полицию. Зачем он тебе нужен?

— Мало ли что, — сказал я. — Ты мне табельное пока не выдал.

Я снял сумку с плеча и протянул её Щупину. Тот машинально взял, видно, рука сработала быстрее головы.

— Держи. Будешь носить.

— Я вам что, носильщик? — обиженно пробормотал он.

— Оруженосец, — по слогам проговорил я.

И на этом вышел из кабинета. Дверь за мной захлопнулась.

Щупин задержался в кабинете генерала, не пошёл следом за Морозом, как тот ему велел. Прикрыл дверь и повернулся к Абрамову.