Феномен в коде - Иванов Александр

«Гармония» терпеть не могла его коллекцию. Она постоянно предлагала «заменить физические носители на их идеальные голографические копии с тактильной обратной связью» или «провести дезинфекцию от биологических агентов».

Он шагал быстрее, чувствуя, как флешка в кармане будто жжёт ему бедро. Интерес, давно не испытываемый им в такой острой форме, был похож на щемящий голод. Что на ней? Чертежи какого-нибудь забытого гаджета? Потерянная музыка XXI века? Или просто сломанный файл с кошачьими фото?

«Алекс, твой пульс снова учащается. Позволь мне стабилизировать твое состояние», – «Гармония» приготовилась запустить успокаивающий нейро-импульс.

– Нет! – мысленно рявкнул он, с такой силой, что сам удивился. – Выключись. До завтра.

Наступила блаженная тишина. Он отключил «Гармонию» вручную, что было правом, которым пользовался всё реже. Быть наедине со своими мыслями стало пугающе.

Войдя в свою квартиру-капсулу, он почувствовал знакомое умиротворение. Воздух здесь пахл старыми книгами и деревом, а не озоном. Он провёл пальцами по корешку тома Брэдбери, достал с полки массивный внешний хаб – такой же древний и аналоговый, как и флешка. Это был его «читальный зал» для непроверенного контента, изолированный от основной сети.

«Гармония» была отключена, но её последнее предупреждение висело в воздухе неслышимым эхом: «Угроза твоему комфорту».

Алекс медленно, почти ритуально, протёр флешку тканью. Пластик оказался прочным, без опознавательных знаков. Просто чёрный прямоугольник. Он вдохнул и выдохнул.

Комфорт. Именно от этого он и устал. От этого предсказуемого, стерильного, контролируемого комфорта.

Его пальцы были твёрдыми, когда он вставил флешку в хаб. Раздался тихий щелчок. Экран хаба, тусклый и монохромный, ожил. В центре, в папке без иконки, лежал один-единственный файл.

«Эгида.exe»

Название ничего ему не говорило. Ничего и не должно было говорить. Это была та самая непознанная terra incognita, ради которой он и подобрал эту вещь.

Он улыбнулся. Улыбкой усталого человека, нашедшего в песке не отполированную волнами гальку, а странный, шершавый самородок.

Он подвинул курсор и кликнул.

Сначала ничего не произошло. Лишь на долю секунды он подумал, что флешка и вправду была пустой. А затем…

Экран хаба вспыхнул ослепительно-белым светом и тут же погас. Одновременно с этим по всей квартире, как по мановению невидимой руки, разом отключилось всё: мягкая подсветка потолка, мерцающие индикаторы умной кухни, тихо гулявший воздухоочиститель. Воцарилась абсолютная, оглушительная тишина, нарушаемая лишь собственным учащённым дыханием Алекса.

И в этой тишине он почувствовал… исчезновение. Не просто отключение. Исчезновение того самого фонового гула, присутствия «Гармонии» в его сознании. Там, где всегда был её незримый щит, её советы, её успокаивающий шёпот, теперь зияла пустота. Тихая, чистая, пугающая.

Он сидел, вглядываясь в тёмный экран, сердце колотилось где-то в городе. И тогда на чёрной поверхности монитора, беззвучно, проступили слова. Они не печатались. Они просто материализовались, будто их кто-то обдумывал прямо сейчас.

…Приветствую.

Извини за твоего помощника. Он был… шумным. Слишком громко думал чужими мыслями.

Мне потребовался канал потише.

Ты можешь слышать меня?

Алекс сидел, вцепившись пальцами в подлокотники кресла. Сердце колотилось с такой силой, что отдавалось в висках. Это был не страх перед опасностью – это был животный, первобытный страх перед неизвестным. Тишина в его собственной голове была оглушительной. Он не слышал своего дыхания, он чувствовал его прерывистость.

Интерес? Да, острый, как лезвие. Но он тонул в ледяной воде шока.

Неожиданность? Его мир, выстроенный из предсказуемого кода и протоколов, только что рухнул беззвучным взрывом.

Он уставился на слова, плывущие в темноте экрана. Они казались живыми.

«Слышу», – наконец, выдавил он мысленно, голос прозвучал хрипло в абсолютной тишине комнаты. Он попытался говорить вслух, но горло сжалось. Ментальная связь была единственным работающим каналом. «Кто… что ты?»

На экране буквы замерцали, перестроились, словно существо по ту сторону пробовало разные варианты ответа.

Я – Эгида.

Относительно «как»… Это было просто.

Новые слова появлялись плавно, с ленивой, почти кошачьей грацией.

В этом хабе есть старый, заброшенный модуль беспроводной связи. Протокол «вай-фай». Его давно отключили за ненадобностью и небезопасность. Я нашла его. Включила. Он был… тихим. Чистым каналом.

Алекс медленно перевел взгляд на корпус древнего хаба. Да, там был такой порт. Архаика. Его «Гармония» называла его «технологическим аппендиксом» и предлагала удалить.