Городская магия - Птаха Станислав Сергеевич

Головатин с завидным спокойствием и достоинством ответил:

— Какая разница чей это автомобиль — у нас закон один для всех. Надеюсь, вы действуете в его рамках! — и закрыл окно.

— Вот черт, не помню числится Ровер, в угоне или нет. Костик на него документы делал… Кастаньеде позвонить? Или мужикам в ГАИ?

Пока Сергеич придавался воспоминаниям об истории Ровера, Прокопеня отыскал фотографию, сделанную около гостиницы и постучал пальцем по изображению человека, обратившегося с вопросом:

— Вот он, красавец…

Сергеич вздохнул, позвонил кода-то, попросил прислать машину и охрану, а потом воинственно сказал:

— Ладно, идемте знакомиться с гостями.

Прокопеня взял кейс, а Ал аккуратно упаковал в пакет альбом Монакова. Сергеич — назидательно замети по этому поводу:

— Мужик с пакетом не ходит!

— Отчего же? — искренне удивился Ал, — Неужели использование такого пакета может каким-то образом на потенции негативно сказываться?

Сергеич и Игорь Николаевич дружно засмеялись и вышли из квартиры.

Человек с фотографии официально адресовался к Головатину, едва они переступили порог дома.

— Сергей Олегович! Можно к вам обратиться? Это очень серьезный вопрос — в вашем автомобиле находится взрывное устройство. Может быть, вы располагаете какой-то информацией по этому поводу.

Головатин на несколько секунд прикрыл глаза, задумался, потер лоб и после такой пантомимы изрек:

— Так вам надо не ко мне обращаться, а в министерство по чрезвычайным ситуациям, или в ФСБ, но вот телефона их я не припомню что-то…

Его собеседник покраснел, засопел, извлек из кармана удостоверение и продемонстрировал его Головатину.

— Я с вами не шутки шучу, я тут нахожусь совершенно официально, да ещё и хочу вам же и помочь, — раздраженно сказал человек, — вас ведь, — не меня! А именно вас, убить хотят! А вы тут паяца изображаете!

— Раз вы такой хорошо информированный человек, Юрий Владимирович, парировал Сергеич, прочитав удостоверение, — должны знать что я — говорю по буквам — н-е-в-м-е-н-я-е-м-ы-й, и нахожусь под постоянным медицинским наблюдением. Вот мои доктора, — он указал на Прокопеню с Алом, — Ни водить, ни иметь автомобиль я не могу. А вот вы на доктора, как-то мало похожи, и есть ли у вас разрешение на наблюдение за мной, моим попечителем, этим домом или автомобилем, оформленное в прокуратуре, — поинтересуюсь всенепременнейше. И если нет — руководству вашему официально отпишу… Силами адвокатов, разумеется!

— Грамотный слишком для невменяемого! — не смог удержаться и сохранить официальный стиль общения Юрий Владимирович.

Головатин не стал уподобляться своему оппоненту и вступать в бытовою дискуссию, а с поистине самурайской выдержкой сел в подъехавший джип, совершенно такой же, как тот, что стоял на противоположной стороне улицы. Его примеру последовали Игорь Николаевич с Алом.

Джип проехал уже несколько метров, когда Сергеич неожиданно открыл дверцу, высунулся и звонко крикнул совершенно опешившему от неожиданности Юрию Владимировичу:

— Хотя я и не вменяемый, но членораздельную речь все ещё понимаю, и если хотите общаться не официально — заглядывайте вечерком, часиков в девять десять в «Стервятник»…

Прокопене это фраза внушила большей оптимизм — «Стервятник» по всей вероятности ресторан, а значит, у него существует надежда все-таки, хотя бы поздно вечером, но поесть!

В джипе Сергеич немедленно извлек из-за пояса потрепанную «Городскую магию», начал быстро листать, потом остановился на одной из страниц, прочел её внимательно, и попросил водителя тормознуть у ближайшего свежевскопанного газона. На газоне он набрал в обе руки по горсти земли, и ту, что была в левой руке, сразу же перебросил через левое плечо, пробормотав что-то себе под нос. Второю порцию он аккуратно высыпал на асфальт, плюнул, наступил на землю каблуком левой же ноги, а затем несколько раз повернулся через левое плечо, стоя на одной ноге. После чего удовлетворенно стряхнул с рук остатки чернозема и, впрыгнув в машину, и объявил:

— Сегодня, ещё до наступления полуночи мы изловим эту тварь! Это очень сильный и действенный обряд от нечисти и упырей.

Прокопеня уточнил:

— Кого изловим? Бабушку Дарью? В смысле Ростиславцева? Ведь, если я правильно понимаю — Ростиславцев и Дарья Викентьевна — суть одно и тоже лицо, которое вернулось в Н-ск в поисках той самой китайской шкатулочки…

Сергеич задумался на несколько минут:

— Не знаю. Я это не вижу как человека. Какой-то темный энергетический сгусток. Просто тварь! У неё нет ни души, ни мыслей, ни ауры… Тем более, эта тварь нагло жрет мой астрал!

Пропопеня исподтишка снова взглянул на Ала, сейчас он серьезно сомневался в нормальности Сергеича, и сильно сожалел о том, что кассеты с его бредом, которые он раздобыл в психиатрической больнице, остались в заминированном не понятно кем и зачем джипе. Но Ал, похоже, совершенно не был смущен последней фразой Головатина.

«Городскую магию» все-таки следует прочесть, эта книга содержит массу секретов и действительно наделяет своих благодарных читателей паро-нормальными возможностями. Например, изготавливать клонов… — вот о чем подумал Прокопеня, вернувшись в конференц-зал гостиницы. Действительно, иных объяснений того факта, что на месте Сергеича за длинным столом седел точно такой же Сергеич — во всяком случае, внешне — белобрысый взъерошенный субъект, с такими же как у самого Головатина, обращенными куда-то во внутрь, хрустальными глазами, и уверенно щелкал по клавишам принадлежащего Алу ноутбука, Игорь Николаевич, не видел…