Имитация жизни - Коудри Альберт

Вслед за этим Совет приказал констеблю арестовать всех до одного прогрессивных бандитов, какие только попадутся на глаза, и назначил солидное вознаграждение за их поимку.

–  Как?!
– вскричала Эмма в бурном гневе.
– Это же просто легальное линчевание! Господи, какой кошмар, неужто мы пали до уровня американцев… Нет, гораздо хуже - французов!!!

Она уныло смотрела теллирепортаж о тотальном разрушении серией мощных подземных толчков давно заброшенного мегаполиса Лос-Анджелес (к счастью, все обошлось без человеческих жертв), когда бегущей строкой поступило экстренное сообщение из 1315 Альфа, переполнившее чашу печальных событий этого дня. Школьный комитет 1315-й единодушным голосованием отстранил от должности Мартина с непременным занесением его имени в черный список (пожизненно) в качестве «весьма злостного криминального возмутителя спокойствия».

И в этот момент Эмма наконец услышала, как проснувшийся Мартин спускается по лестнице. После отдыха он выглядел намного лучше - свежий, сильный и стройный, но приветливая улыбка сразу же увяла на его губах, лишь только его глаза встретились с ее глазами, полными непролитых горьких слез.

Так что же делать?!

Эмма и Мартин засиделись глубоко за полночь, обсуждая все существующие и несуществующие возможности. Было очевидно, что Мартин оказался жертвой высочайшей несправедливости, а значит, ему прежде всего требуется опытный солиситор [4], так как любое постановление, принятое деревенским Советом единогласно, можно отменить лишь посредством долгой и весьма запутанной судебной процедуры.

Поначалу Мартин с наивным благородством предложил, что он сам отправится к констеблю, чтобы сдаться добровольно. Однако Эмма, у которой было достаточно времени для обдумывания такой ситуации, немедленно наложила решительное вето.

–  О нет, Мартин, - твердо сказала она.
– Ты не должен - ни в коем случае!
– отдавать себя во власть врагов. Пока наш Британский Закон в очередной раз не проявит свое всемогущество, обеспечив должным образом твое гражданское право на честное и справедливое судоразбирательство.

–  Мне негде жить, - возразил он с мрачным достоинством.
– Не говоря уж об отсутствии вещей и средств к существованию! И что еще я способен сделать при подобных обстоятельствах?

–  Остаться здесь, разумеется, - сказала Эмма, пожимая плечами.
– А я поеду в Город, найду тебе хорошего солиситора и передам это сложное дело в его опытные руки. Тем временем ты можешь удобно устроиться в папиной комнате, которая прекрасно приспособлена для жизни мужчины! И подобрать себе все нужные вещи в его обширном гардеробе. В доме нет других обитателей, помимо меня и домобота, так что для сохранения тайны достаточно ввести в его память команды запрета. Чтобы он перестал разводить сплетни с другими домобо-тами по соседству!

–  А как же эта… твоя подруга Милли?

–  Я скажу ей, что ты убежал. Что у тебя знакомый юрист в другом часовом поясе… в Бете, нет, лучше в Гамме! И он поможет тебе подготовиться к защите.

–  То есть я должен оставаться пленником в этом доме? Не смея даже высунуть носа на улицу?!

–  Не волнуйся, это ненадолго. Я обещаю! Скоро ты сможешь гулять по улицам столько, сколько тебе заблагорассудится.

–  Но каким же образом, Эмма, если за мою голову назначена цена?!

–  Успокойся, Мартин, и слушай меня внимательно. Я сейчас все подробно тебе объясню…

Хот-бот-спот!!!

Эмма стояла в нерешительности перед входом в украшенный с вульгарной яркостью и пестротой магазин, размышляя, какое было бы счастье ни разу в жизни не видеть этого ужасного места. Уж не говоря о том, чтобы снова его посетить!

Она откладывала этот необходимый визит сколько могла. Приехав в Город на омнибусе, Эмма прежде всего нанесла визит в фирму солиситоров («Джоуз, Фикель amp; Блэзер» [5]): эти хитроумные крючкотворы не только составили завещание ее дорогого папы, но регулярно (и весьма успешно) оказывали ему иные юридические услуги.

Там у нее все прошло как по маслу. В обмен на солидный предварительный гонорар мистер Блэзер пообещал ей: всего лишь через несколько дней на деревенский Совет обрушится буйный град разнообразных судебных запросов и постановлений и члены Совета вскоре горько пожалеют о том, что им вообще привелось узнать о существовании Мартина Ффренча-Доббина.

Позже, заверил солиситор, когда дело наконец дойдет до суда, Мартина станет защищать наилучший из сотрудничающих с ними адвокатов (шотландец Ангус Мак-Грит, что сразу обнадежило Эмму [6]) со всеми свойственными столь незаурядному сутяжному уму пылом, жаром и красноречием.

Успешно покончив с юридическим делом, Эмма вдруг решила побаловать себя экзотическим, хотя и довольно питательным ланчем в роскошном, дорогом кафе «Ориенталь». Но когда последняя печенюшка с предсказанием судьбы была разломана и съедена, откладывать другой, чрезвычайно малоприятный визит больше не было никаких уважительных причин.

Она должна была вернуться в этот притон искусственных любовников, чтобы попытаться выяснить некие определенные детали и подробности, существенно необходимые для успешного претворения в жизнь второго этапа ее тщательно продуманного плана.