Если женщина хочет... - Келли Кэти

Зачем она надела этот костюм? Вещи в обтяжку ей не шли. Ее несовременному имиджу больше подходили длинные и просторные платья. В отличие от Джесмин. Впрочем, это трудности Ада­ма. Каждый из присутствовавших здесь мужчин наверняка хотя бы один раз представил себе, как новая миссис Джадд выглядит без своего переливающегося платья. Очевидно, стоившего боль­ше, чем весь гардероб Хоуп. Во всяком случае, Хоуп никогда бы не надела такую вещь. Это платье говорило: «Посмотри на ме­ня!», а Хоуп не любила привлекать к себе внимание. Она избегала луча прожектора и предпочитала прятаться за кулисами.

Как жаль, что она не чувствовала собственной красоты. Он всегда говорил ей об этом, но Хоуп не верила. За семь лет он ви­дел десятки мужчин, пожиравших ее глазами, однако Хоуп этого не замечала. А если замечала, то начинала проверять, не видна ли из-под юбки комбинация.

– Отличный вечер, правда? – спросил Дэн, наклонившись и тронув Мэтта за плечо.

– Ага, просто замечательный… – рассеянно ответил Мэтт. Вечер действительно удался. Коллеги наперебой поздравляли юбиляра, а днем босс вызвал Мэтта к себе и сказал, что решил повысить ему жалованье. Двое славных детей, красивая жена – что еще нужно мужчине? Но Мэтту хотелось чего-то большего. Он смотрел куда-то в пространство и думал о том, что эта жизнь душит его. У него были кое-какие идеи, но как сказать об этом Хоуп? Он понятия не имел, с чего начать. Разговор с Джесмин слегка подбодрил его: она обещала замолвить за него словечко Адаму в том случае, если Мэтт действительно решит взять тайм-аут. Но говорить об этом с Адамом будет куда легче, чем с Хоуп…

Когда дело дошло до ликера, Хоуп наконец смогла пересесть и оказалась между Дэном и Джесмин. «Она очень славная», – ре­шила Хоуп, убедившись, что между Джесмин и Мэттом ничего нет. Ей было понятно, почему другие женщины видели в Джес­мин угрозу: великолепная фигура, тонкая талия, пышная грудь, большие голубые глаза… Она была веселой, непосредственной и ничем не напоминала хищную потаскушку, за которую ее снача­ла приняла Бетси.

– У вас чудесный муж, – сказала Джесмин, сделав глоток сам­буки. – Я рассказала ему, что хотела бы написать книгу, и он вос­кликнул: «Как я вас понимаю!» Человек, с которым я говорила об этом в прошлый раз, ляпнул, что женщине, портрет которой дол­жен украшать обложку, не имеет смысла утруждать мозги состав­лением текста! – сердито добавила она.

– Что сказал Мэтт? – с любопытством спросила Хоуп, хотя в глубине души ей было очень обидно. Почему муж говорил об этом с Джесмин, а не с ней?

– Думаю, это его тайная мечта, – предположила Джесмин. – И моя тоже. Но ему легче: ведь придумывать тексты – его работа. У него больше возможностей, чем у других. А я подумываю по­ступить на литературные курсы. Писать романы, наверное, не легче, чем музыку. Кстати, о музыке. Мэтт говорил мне, что ваша старшая сестра работает в звукозаписывающей компании. Какая она? Наверно, очень умная и энергичная?

– В отличие от меня, – машинально пробормотала Хоуп. Это было правдой. Сэм была настоящей динамо-машиной.

Теперь она трудилась в компании «Титус Рекорде», а до этого пять лет проработала на износ в другой крупной фирме директо­ром по маркетингу. Хоуп надеялась, что теперь сестра остепенит­ся, может быть, выйдет замуж, но Сэм не умела жить спокойно. Она стала директором-распорядителем другой, еще более круп­ной компании.

Джесмин вернулась к разговору о литературе.

– Мэтт рассказал мне о своем плане взять годичный отпуск и пожить в деревне. Пока это только идея, так что не стоит переживать, но я думаю, что вы должны быть к этому готовы. Ему будет легче работать там, где ничто не отвлекает. Правда, если вы уедете за границу, вам будет труднее видеться с сестрой… Мэтт говорил мне, что ваши родители умерли, когда вы были ребенком, и что, кроме сестры, у вас никого нет. У Хоуп сжалось сердце.

– Господи, о чем вы говорите? – пробормотала она, внезапно ощутив тошноту. Выпитое вино не имело к этому никакого отношения.

– О, все в порядке, – таинственно прошептала Джесмин. – Я уже пообещала Мэтту, что поговорю с Адамом. Он, разумеется, выйдет из себя, когда узнает, что Мэтт хочет уйти на год, но отказываться от своей мечты нельзя, правда? – У нее затуманились глаза. – Я бы с удовольствием уехала куда-нибудь далеко, чтобы писать книги, но, боюсь, не смогу жить без магазинов, торгую­щих двадцать четыре часа в сутки.

Хоуп с трудом удалось восстановить душевное равновесие. Не признаваться же в том, что желание Мэтта взять отпуск является для нее новостью! К счастью, за спиной жены внезапно появился Адам властно положил руки на ее золотистые плечи.

– Джесмин, нам пора.

Как только Джесмин и Адам уехали, веселье пошло на убыль. Бетси сказала Дэну, что она устала и хочет домой.

– Мы тоже едем, – присоединилась к ней Элизабет и потянулась за сумочкой.

Хоуп вдруг поняла, что коллеги ее мужа не так дружат с Мэттом, как он думал. Они приехали на банкет только ради босса.

Стоило Адаму уйти, как все тут же рассосались. Но казалось, что Мэтт ничего не замечал. Он любезно прощался с каждым.

В такси Мэтт откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Теперь, когда они остались одни, его лицо приобрело бесстрастное выражение, Хоуп молчала, пытаясь придумать, что сказать ему, когда они приедут домой. Начинать ссору в такси, где шофер слы­шал каждое слово, было глупо.

Благодаря откровенности Джесмин все куски головоломки встали на место. Мэтт хотел кардинально изменить свою жизнь; жена и дети в его планы явно не входили. «Что делать? – думала потрясенная Хоуп. – Остаться в Бате или переехать в, Лондон, чтобы быть ближе к Сэм?» Конечно, переехать. Она не сможет жить в доме, где они были так счастливы. Точнее, где была счас­тлива она. Ясно, что Мэтт там счастлив не был, иначе он не бро­сил бы этот дом, а вместе с ним и семью.