Человек с клеймом - Роулинг Джоан Кэтлин

— Конечно, он очень симпатичный, этот Мёрфи, — сказала она своим хрипловатым баритоном.

— Эти слова — то, что доктор прописал, — с горечью произнес Страйк.

— Но в последнее время она не казалась счастливой. Дома она не была счастлива.

Страйк ничего не ответил.

— Нельзя делать предложение вот так, крича на женщину на лестнице, потому что ее парень вот-вот сделает то же самое, — сказала Пат.

— Я не это имел в виду, просто вырвалось само собой.

— Только не говори ей об этом, — резко оборвала его Пат. — Дело плохо и без отказа от своих слов.

Страйк издал тихий стон и обхватил голову руками. Если бы он смотрел на Пат, то заметил бы, как слегка смягчилось ее обезьянье лицо.

— Ты же не ждешь, что она ответит тем же сегодня вечером, не так ли?

— Почему бы и нет?

— Для умного мужчины ты слишком тупой, — раздраженно сказал Пат. — Что ей оставалась делать, когда ее парень ждет за углом с кольцом в кармане? В любом случае, ты морочил ей голову?

— Что я?..

— Ты ждал, пока другой мужчина захочет жениться на ней, прежде чем что-то сказать. Конечно, она подумала, что ты говоришь это, чтобы она не ушла из агентства.

— Я не так все планировал.

— Значит, тебе нужен новый план? — ободряюще спросила Пат. — Мне пора идти. У меня сегодня гости — играем в бридж.

Она повернулась и вышла, закрыв за собой дверь. Страйк остался смотреть на дверь, на стекле которой было выгравировано «Детективное агентство Страйка и Эллакотт».

Это было не то же самое, что проснуться в больнице без половины ноги, и не то же самое, что узнать о самоубийстве Шарлотты. На этот раз он был не просто жертвой судьбы: он сам своими действиями спровоцировал потрясающие и, возможно, катастрофические перемены. Глядя на дверь, он вдруг осознал, что, хотя всегда считал себя хозяином собственной судьбы, на деле всего лишь хорошо отражал ее удары, которые был вынужден принимать. Трижды за всю свою жизнь он по своей воле принимал осознанные, судьбоносные решения, в которых не мог обвинить никого и ничто другое.

В первый раз он, будучи студентом в Оксфорде, пьяным и ожидая отказа, прошел через переполненную комнату, чтобы поговорить с самой красивой девушкой, которую он когда-либо видел. Во второй раз он основал детективное агентство, рискуя столкнуться с унижением и финансовым крахом. Сегодня был третий раз. Он наконец-то, и, возможно, слишком поздно, нашел то, чего хотел больше, чем одиночества и безопасности. И Страйк решил: все, что он может сейчас сделать, — это ждать, когда Робин Эллакотт решит, хочет ли она того же.

На столе перед ним зазвонил телефон. Страйк перевел вызов на автоответчик. Доставая из кармана вейп, он краем глаза заметил какоето движение. Черная рыбка по имени Корморан снова беспомощно барахталась на поверхности аквариума.

— Тупой придурок, — прорычал он. — Ты сам во всем виноват.

Телефон перестал звонить. Страйк еще минуту посидел в тишине, попыхивая вейпом, затем поднялся на ноги, чувствуя, как пульсируют ухо и колено. За неимением ничего другого, чем он мог бы улучшить свое нынешнее положение, Страйк отправился на чердак за пустой коробкой из-под маргарина и горстью гороха.

Как всегда, огромное спасибо моему несравненному редактору Дэвиду Шелли. Я не могла бы представить никого лучше, кто бы работал со мной над книгами о Страйке.

Нития Рей в очередной раз проделала потрясающую работу по редакторской правке, за что я ей безмерно благодарна.

Больше, чем можно выразить на этой странице, я благодарна Шону и Надин Харрисам, которые открыли для меня некоторые двери, угостили меня обедом в отеле «Лебедь» и обеспечили питание, комфорт и гостеприимство на уровне, который большинству людей приходится испытывать, посещая пятизвездочные отели.

Как всегда, выражаю бесконечную благодарность моему агенту Нилу Блэру за его неустанную работу в моих интересах; незаменимым Ники Стоунхилл, Ребекке Солт и Марку Хатчинсону, которые помогают мне оставаться в здравом уме, а также Ди Брукс, Саймону Брауну, Дэнни Кэмерону, Анджеле Милн, Россу Милну, Фионе Шапкотт и Кайсе Тиенсуу, благодаря чьему трудолюбию и эффективности моя реальная жизнь протекает гладко, когда я брожу в вымышленных мирах.

Наконец, обращаюсь к Нилу, Дек, Дэвиду и Кензи: без вас все это вообще не имело бы значения.