"Тектоника". Лучшее. 94-98 - Горцев Сергей, Савицкий Артур

–  И сколько лет просуществовали "Колокола"?

–  Было несколько периодов нашей истории. С 1969 по 1974 год "Колокола" были чисто самодеятельным ансамблем. Кроме певицы Людмилы Новиковой у нас появилась духовая секция - саксофонист Владимир Медведев, певец и трубач Женя Игнатов, Валерий Розов. Последний, кстати, и стал руководителем, по­скольку имел профессиональное музыкальное образование. Это основной состав.

–  А какой репертуар был у "Колоколов" в то время?

–  Начинали мы с подражания всем, кто нам нравился: "Битлз", "Криденс", "Прокол Харум", "Би Джиз", "Манго Джерри", "Кристи", "Чикаго". Их песни играли на танцах. А когда стали участвовать в различных конкурсах, то пришлось перестраиваться. Очень повлияли на всех "Песняры". Все группы стали серьезное внимание уделять вокалу, фольклору. Это сказалось и на нашем творчестве. Мы очень серьезно отнеслись к этому направлению. В 1971 году в Калинине мы стали победителями межобластного конкурса "Радуга"...

–  И две ваших песни прозвучали по Всесоюзному радио в популярной моло­дежной программе?

–  Да. Нас записали и даже сняли в каком-то фильме.

–  Вы как-то определяли в те годы стиль, в котором играли? Это был рок-н-ролл? Бит?

–  Тогда такой градации не было. Говорить о роке как о стиле стали только к середине 70-х годов. А раньше просто говорили: "вокально-инструменталь­ный ансамбль". Причем на танцах в Доме офицеров мы играли одну музыку, а на концерте - другую. Нам нравилось и то, и другое.

–  Кто кроме "Песняров" оказал сильное влияние на музыку тогдашних ан­самблей?

–  На нас очень сильно повлиял приезд в 1972 году известного в то время венгерского певца Яноша Кооша и группы "Экспересс". Это был чуть ли не первый иностранный гастролер в Смоленске. Они пели в основном зарубеж­ные хиты на английском языке. Но поскольку тогда всего этого у нас не было, эффект оказался очень сильный. Плюс они очень динамично держались на сцене и здорово заводили публику. Для нас это тоже было новым. После приезда Кооша мы поняли, что концерт - это шоу. Нужно делать шоу! Мы стали боль­ше обращать внимание на аранжировки, на звук. Хотя тогда не было пультов, барабаны не подзвучивались... В 1973 году в радиокомитете мы записали зна­менитую песню о Смоленске. Записали в условиях совершенно не приспособ­ленных для записи.

–  Песню "Все холмы, да холмы..."?

–  Да. Основную партию поет Женя Игнатов. Мне как-то звонили из радио­комитета - "давайте отметим юбилей песни". А я говорю - "Уже поздно, больше 25 лет прошло" (улыбается). 

–  Наверное, эта песня - лучшая из всех песен о Смоленске и вполне могла быть гимном нашего города. Есть в ней что-то исконно смоленское.

–  Во всяком случае мы ее пели искренне, без пафоса, который был присущ тому времени. Хотя первоначально композитор Писаренко, сочинивший песню на стихи поэта Клочкова, принес ее в несколько иной интерпретации.

–  Интересно, играя на самодеятельной сцене, вы где-то работали или просто числились?

–  Нет, "подснежниками" мы не были. Я работал на "Измерителе" сначала сборщиком, потом электроиспытателем. Весь состав работал на заводе, многие даже на инженерных должностях. Затем мы ушли работать в Смоленскую филар­монию и это был первый случай перехода самодеятельного ансамбля в полном составе на профессиональную сцену. Через полтора года нас пригласили на Украину в Запорожскую филармонию. Там сказали: "У нас некого будить колоко­лами" (смеется). И мы стали "Чаривними Струнами", "волшебными" по-русски.

В Запорожской филармонии проработали до 83-го года, очень много езди­ли по стране. Я стал художественным руководителем и в 80-м году мы даже стали лауреатами республиканского конкурса вместе с ансамблем "Поющие Юнги" который возглавлял небезизвестный Ким Брейтбург. Кстати, в Смоленске в это время продолжал выступать ансамбль под названием "Колокола", который за это время его полностью дискредитировал.

–  И вы вернулись в Смоленск?

– Да, нас пригласил новый директор филармонии В.М. Михненков. Называть­ся мы решили "Феникс". Не очень удачное название. В это же время, году в 84-85-м вышло постановление, согласно которому все профессиональные составы должны пройти прослушивание в Москве. Исполнив две обязательные композиции: "День без выстрела на земле" и "Если бы парни всей Земли". Те группы, которые не проходили прослушивание к концертной деятельности не допускались. Наш режиссер сказал: "Не надо никаких больших барабанов, надо сыграть тихо и красиво". Что мы и сделали с блеском и аттестацию эту прошли на "Ура". А такие известные в то время группы, как "Альфа" С.Сарычева не прошли (смеется). После этого я два года работал в филармонии. Вплоть, до 87-го года. А потом меня пригласили рабо­тать руководителем MTO "Круг" при Смоленском горкоме ВЛКСМ.

–  70-е годы - это пик популярности вокально-инструментальных ансамблей!. Сегодняшним музыкантам даже трудно представить что это такое - играть в известной группе. Ведь согласитесь, Владимир Иванович, "Колокола" были очень популярны?

–  Конечно. Например, мы выдерживали 7-8 концертов в областном драмте­атре. Полные залы. Это что-то значит? Другое дело, что состояние общества было другим. Нас все знали. Мы были очень популярными в городе. Можно было подойти к любому ресторану, где стояла толпа людей и нас сразу пропус­кали. Конечно, была большая популярность и в женской, так сказать, среде, ведь мы были так молоды (смеется).