Маяковский, русский поэт - Триоле Эльза

Несмотря на то что Маяковскому было позволено остаться в Париже, интерес к его делу у полиции не пропал. Куда бы мы ни пошли, рядом всегда оказывались какие-то мужчины, которые неустанно делали то же, что и мы. Мы, наверное, стоили им немало расходов на такси, еду и развлечения.

Мы ежедневно ели в одном и том же ресторане — "La Grande Chaumiere" — потому что Маяковский всегда создавал заведённый порядок или рутину на второй или третий день, куда бы он ни ездил. Мы обедали с какими-то приятелями, когда в ресторан вошли двое мужчин, примеченных нами ранее. Они сели за соседний столик. Один был в возрасте, а другой — совсем молодой, оба — типичные французы, крайне вежливые, сдержанные… Маяковский начал рассказывать нам всякие истории, и мы смеялись до слёз под невозмутимыми взглядами наших соседей. Потом Маяковский с жаром начал историю об одной игре в билльярд… и всё! Они ничего не могли поделать и разразились тем хохотом, который невозможно сдержать, даже если работа или жизнь зависят от него.

Я видела Маяковского в последний раз в 1929 году — вновь в Париже. Я помню, он сидел на полу, с блокнотом на кровати, и писал письма в Москву. Вы замечали, как дети любят выбирать самую неудобную позицию для чтения или писания? И могут оставаться в ней часами… Маяковский был таким…

А потом пришла новость, по телефону, в восемь утра: Маяковский покончил собой ночью 14 апреля 1930 года. Пулей в сердце. Смерть была мгновенной.

Так начинается записка, которую нашли рядом с его телом: