Красная армия - Strelok

– Речь идет о тысячелетиях, возможно, десятках тысячелетий.

– Вот тебе и на, майор, - обратился Мельников к штабисту у экрана компьютера.
– Только что находились в веке XXI и тут такая пакость приключилась... Что думаешь?

– Если вы хотите знать мое мнение, товарищ генерал, сейчас надо сосредоточиться на сохранение того, что у нас осталось, в первую очередь людей.

– Товарищ генерал, - подала голос Центральная.
– Нужно решить вопрос с властными полномочиями. Согласно пункту 14.7 плана ''Изоляция'' в случае наступления кризисной ситуации вся власть переходит к командиру воинских структур со званием не ниже полковника. В данном случае - вам. Однако у меня свое мнение касаемо сложившихся обстоятельств.

– Свое мнение?
– Мельников недовольно посмотрел на голографическую аватару Центральной в виде привлекательной молодой женщины с длинными распущенными волосами. Отголосок прошлого. Чтобы машины получались более человечными и лучше понимали создателей, за основу для личности ИИ брались слепки личности реальных людей, которые становились ядром программы. Владимир Борисович в принципе не был против умных машин, они очень облегчают работу, но ему не очень нравилось, когда железо начинает выходить за рамки собственной программы.
– Ну, хорошо, выкладывай.

– Позвольте принимать мне решения самостоятельно, без согласования с вами. На это уходит слишком много времени, мы ведь еще не до конца оценили уровень возможных угроз.

– Нет уж, обойдешься. Никаких дополнительных полномочий. Принятие окончательных решений будет за мной и точка!

– Так точно. Запрос отклонен.
– Механически ответила система ИИ. Генерала слегка насторожили последние слова Центральной, тем не менее, он не придал этому особого значения, ведь работы невпроворот. Проверять собственные домыслы нет времени.

Машина опаздывала, на крыльце корпуса военной комендатуры нас, ожидающих скопилось человек восемь. День выдался пасмурный, моросит дождик, хотя какой может быть дождь в конце февраля? Только вчера лютовали февральские морозы, а тут приключилось это... Кто-то из бойцов курил, трое парней-якутов негромко переговаривались на своём языке. Я кое-что понимал из их беседы, на Элетании в моей роте их было два десятка. Волей-неволей научился понимать их речь. Обсуждали, разумеется, последнюю новость - введение экстренного плана под названием ''Изоляция''. Якуты остро переживали, ведь родной дом они больше никогда не увидят, впрочем, как и большинство из нас. Дом остался где-то там, в неведомых далях.

Снова откуда-то пришла и навалилась тяжкая усталость, а с нею вернулась полная апатия. Надоело это все, эта проклятая война, смерти, разруха, хочется избавиться от всего этого, навсегда вычеркнуть из головы виденные ужасы. И, как назло, я помню все вплоть до мельчайших деталей из-за фотографической памяти. Попроситься на сеанс психической обработки что ли? Говорят, многим она помогает.

– Младший сержант Николаев здесь?! Есть такой?

Голос прозвучал громко, но окончание фразы почти полностью съел рёв взлетающего самолёта. Мгновенно стряхнув усталость, я поднялся и поправив ремень рюкзака чётко отозвался:

– Я!

Ко мне подскочил среднего роста солдат, в поношенном камуфляже и стоптанных берцах с шевроном ефрейтора на груди. Круглый, нового образца, пехотный шлем забранный прожжённым во многих местах чехлом был лихо сдвинут на затылок его стриженной наголо головы. Худое измождённое лицо, особенно серые глаза, выражало сильную усталость, но вместе с тем внутреннюю силу и уверенность. Парень явно успел побывать на передовой - всю кожу рук и лица покрывала красная корка обветренной кожи, в уголках глаз и рта разбегались сеточки трещин, словно на коре дерева. Деловито кивнув, он махнул рукой на распахнутую дверь и уже на ходу заговорил:

– А я вас, тарщ младший сержант, по всей базу ищу, не знал, где эта чертова комендатура находится. ГЛОНАСС то медным тазом накрылся... Я - Саня Меркушин, если что. Пошли, ехать придется долго.

Я молча кивнул и направился за ефрейтором. Мы подошли к приземистой бронемашине, я сразу узнал джип ''Каратель'', на котором успел объездить половину Элетании и Иммерит. На крыше была смонтирована башенка, откуда торчал расчехлённый ствол спарки. Судя по габаритам, внутри на подвижном станке смонтирована связка пулемёт с гранатометом, а сама спарка управляется дистанционно из кабины. Штука удобная: изображение с камеры передается на жидкокристаллический экран, управляется турель с двумя джойстиками с гашетками. Риск для оператора минимальный. Увидев мой непонимающий взгляд, ефрейтор поспешил разъяснить:

– Возможно, придется пострелять в случае чего.

– В кого? В глубоком тылу вроде находимся... находились.

– Да все равно, - махнул руками боец.
– Тут всякое случается. То зараженные из лесов к людям с голодухи прутся, ищут пожрать, то диверсов всяких отлавливаем. Держать оружие наготове никогда не помешает.

– Постой, а зараженные откуда. Разве их не выбили?

– А ты, погляжу, не местный? В местных реалиях не шибко разбираешься.
– Разговор продолжился, когда мы уже забрались в прогретое печкой нутро броневика.
– Ну, да ладно сейчас с базой свяжусь, да объясню тебе, что да как...