Белый волк - Ермаченко Никита Николаевич

Нельзя терять время, она засобиралась к лавке.

"По поводу "оборотня", можно будет подумать на пути в Хельму" окончательно решила девушка.

Дорогу к лавке Лидия прошла очень быстро, поздоровавшись с рабочими, она увидела отца, продающего воистину огромный кусок свиного ребра. Насколько же была большая свинья!

– Ты сегодня вовремя, молодец, пора выдвигаться, иначе не успеешь до заката, - приветствовал отец Лидию.

– Да, специально быстрей решила прийти.

– Я попросил Вилена запрячь тебе двух лошадей, чтобы они не уставали и тебе не пришлось покупать новых. Он как раз должен закончить. Я думаю, ты к завтрашнему вечеру вернешься, если не будет никаких задержек. Удачной дороги!
– Обняв Лидию, сказал Ингер.

– Спасибо, что позаботился об этом. Надеюсь, скоро вернусь.
– На прощание сказала девушка и направилась к Вилену.

Вилен был юнцом из бедной семьи, который вечно нуждался в деньгах. Однажды он связался с не очень хорошей компанией, и теперь был вынужден отдавать должок. Ингер смог устроить его в конюшню, чтобы парень мог помогать своим родным. Работу в конюшне он выполнял отлично, наверное, потому что сам любил лошадей.

– Вилен, отец сказал, что ты запряг мне двух лошадей.

– Добрый день, госпожа, да, я их уже отвел к задней части лавки и в сумки положил все нужные припасы в дорогу, чтобы вы не заботились об этом.

– Спасибо, тогда отправляюсь в путь.

– Хорошо добраться до дворца!
– Пожелал напоследок Вилен.

Сейчас было окончание лета, приближались холодные нотки осени, но на улице все так же веяло теплом и светом яркого солнца.

Проверив уздечки у коней, правильно ли прикреплена повозка с мясом, Лидия села на своего любимого жеребца, имя которого - Закат. Нарекли его из-за цвета золото-оранжевой шерсти, которая на свету была точь-в-точь похожа на закат солнца в начале жаркого лета.

Осмотрев напоследок лавку отца и окраины её родной местности, девушка, как ей было уже не впервой, двинулась в путь.

За пару часов до заката Лидия уже была близка к Хельме и скоро надеялась добраться до дворца Антонии. Из-за постоянно кипящих мыслей голова у неё раскалывалась.

– Как хотелось бы верить, что это был всего лишь сон! Но, к сожалению, нет, - Вздохнула она.

Ей никак не удавалось понять, что это было за существо. Когда она только убрала листья, стоял человек. Но всего через мгновенье волк уже стремительно бежал к ней. Из-за испуга она даже не смогла запомнить его внешность. Единственное что осталось в памяти - взгляд, которым одарил её человек в ту же секунду, когда он превратился в волка. Безумный, ужасающий и испепеляющий взгляд.

"Может тогда он хотел убить меня? Потому что я единственная его видела? Но почему он ушёл?" Ни одна стоящая версия не приходила на ум.

Неподалеку стал виднеться бегущий гонец. Юнец остановился и поклонился перед сидевшей на лошади Лидией.

– Простите за беспокойство, вы не знаете, как добраться до дворца Антонии? Мне нужно связаться с Его светлостью - герцогом Фридрихом. Прошлые попутчики сбили меня с пути, и я уже с задержкой на несколько часов бегу.

– Дворец находится к югу отсюда. Я как раз направляюсь туда. Вы слишком устали, вам нужен отдых. Как видите, я еду с двумя лошадьми, вы можете поехать на одной из них.

– Нет, что вы, благодарю за столь щедрое предложение, но я вынужден бежать дальше.

Провожая гонца взглядом, Лидия любовалась открывающимися перед нею пейзажами. В городах, принадлежащих Фриландии, в большинстве своём были леса и поля.

Подъезжая к окраинам города, она увидела толпу людей, которые бурно обсуждали повозку и солдат.

– Нет!
– Воскликнула одна женщина из толпы.

– Он же еще такой молодой!
– Прокричала вторая.

– Как же мне теперь жить? Все на что мы жили, приносил он!
– В слезах выговорила третья крестьянка.

Как позже смогла увидеть Лидия, солдаты силой забирали мужчин в фургоны, по всей видимости, везли их на учения.

Хельме, как и всем другим городам, нужно было отдавать несколько тысячное количество солдат на поддержку армии всей страны в борьбе с Кальвином.

Повелитель Толлана был не согласен с мнениями глав господствующих стран. Он решил, что его страна сама может себя обеспечивать и не нуждается в поставках того или иного товара. Кальвин не брал во внимание, что у людей не будет работы, что они не смогут достать себе кусок хлеба, не учёл, что люди могут пострадать. Но ему это было не важно.