Жена по праву. Книга 3 - Тирс Зена

— Лера, садись. — Роберт усадил меня на низкий диванчик и повернулся к мэтру с тревогой во взгляде, только открыл рот, но Леонард его опередил.

— 0-0-о, — протянул мэтр, уставившись широкими глазами на мои запястья, которые я пыталась прикрыть рукавами платья.

— Мы подтвердили брак, но... — заговорил Роберт. — Подтвердили совершенно точно. Почему же нет меток?!

— То, что вы подтвердили брак, мой лорд, все обитатели дома, включая меня с моим плохим слухом, прекрасно слышали, можете не сомневаться.

Я ощутила, как моё лицо густо наливается краской, и опустила глаза.

— Звукоизоляция, Роберт, — шикнула я сквозь зубы.

— Если брачные метки не появились, то, очевидно, что родовая магия, находящаяся у вашей супруги, не ответила. Позвольте, я осмотрю вас, леди Адальхарт, — мэтр повёл седыми бровями, прошаркал к диванчику и присел рядом на край.

— Конечно, осмотрите. Нужно разобраться, ведь родовая магия Роберта при мне, почему молчит!

Роберт отошёл в противоположный конец комнаты, чтобы его аура не мешала Леонарду выяснить, что со мной не так.

Мэтр вытянул надо мной ладони и напряжённо сжал губы. Лицо его хмурилось, и глаза сосредоточенно всматривались вглубь меня.

Я ощущала чужой поток магии, изучающий моё тело подобно рукам врача.

— Когда я осматривал вас в прошлый раз, тьма вела себя по-другому... — заговорил Леонард.

Но я тут же прервала его:

— “В прошлый раз"? Вы тоже в курсе?! Роберт, ты всем рассказал?

— Лорд ничего не рассказывал мне, леди Валерия, — помотал головой мэтр, и дракон пожал плечами. — Я только сейчас понял, что вы были в теле Валери, — продолжал Леонард. —

Магическая аура у каждого уникальна, как лицо, и привязана к душе.

Вашу я хорошо тогда запомнил: две силы, огонь и тьма. И не важно, какое у вас тело.

— Огонь? Он целиком мой?

— Целиком ваш — родовая сила императорского рода.

— А что же... что с моей тьмой?! — сглотнула я судорожно.

— А вот тьма не полна, — констатировал мэтр. — В вас только часть прежней силы тьмы. Родовой силы дракона слишком мало, чтобы подтвердился брак... чтобы вы смогли зачать.

— Значит, Валери не врала?! — я распахнула ресницы и перевела взволнованный взгляд на

Роберта.

Дракон помрачнел от новостей, сунул руки в карманы и с силой сжал челюсти.

— Я понял, спасибо, Леонард. Разберёмся позже, Лера. Сейчас пора спешить на совещание, —

Роберт протянул руку, помогая мне подняться с диванчика, приобнял за талию и достал портальный артефакт.

Хмурый, злой. Так и хотелось укусить его, чтобы посмотрел на меня и утешил! Если я не смогу родить ему ребёнка, чувствую, моя жизнь будет кончена. Я уже губу раскатала на счастливое будущее...

— Лорд, леди, — в комнату заглянул Сэм с побелевшим лицо и ошалевшим взглядом. Волосы его буквально топорщились дыбом. — Там... там...

— Что такое? — прорычал раздражённо Роберт, стискивая в пальцах артефакт. — Говори скорее, Сэм!

— Там граф Соррен у ворот... с гвардейцами магического совета... Требует вернуть ему дочь!

Глава 26

Роберт низко зарычал и решительным шагом двинулся к лестнице. Я пошла за ним.

— Лера, возьми Камиллу и останьтесь в доме! — приказал муж.

Камилла подбежала ко мне, взволнованно обняла за талию, как-будто что-то почувствовала. В

холле появилась Маргари, вышли слуги с встревоженными лицами. Все заволновались.

Роберт долго говорил на улице и не возвращался. Время текло неумолимо медленно, я искусала все губы. В холле сгустилось напряжённое молчание, и даже Анхор со Светлячком не шкодили, а сидели печально у двери.

Я зло стискивала зубы. Патрик только что вернулся домой и сразу же начал строить козни?

Наверняка не обошлось без заговора магов. И Гилмор, и Констанс тут повязаны, всё подстроили, чтобы внести раскол в нашу семью. Всем нужен трон, все хотят власти, а страдать из-за этого будет моя маленькая девочка? Ну нет, не отдам Камиллу!

Вскоре Роберт вернулся в дом с престарелым господином в чёрном мундире.

— Это королевский судья лорд Мардок, Лера, — хрипло проговорил муж.

— Добрый день, леди Адальхарт, — поклонился судья и протянул мне два документа.

На первом, белом гербовом листе, значилось, что Констанс мать Камиллы, а Патрик отец. Это было подобие местного свидетельства о рождении. Второй документ оказался судебным решением и гласил, что воспитанница лорда Адальхарта должна вернуться к законному отцу лорду Соррену. А дальше следовали пояснения, что отец был в ссылке и не мог признать дочь раньше.