Лёха - сокрушитель Вселенной - Борчанинов Геннадий

— Не можешь — научим, не хочешь — заставим, — произнёс он. — Ну-ка. Крылами маши, короче.

Петрович снова забился у него в руках, пытаясь вырваться из железной хватки, но Лёха размахнулся, подбросил его перед собой и от всей души пнул под зад. Петух по широкой дуге полетел со стены, кувыркаясь в воздухе.

— Крылами маши, бля! — крикнул ему Лёха.

Это было единственным, что Петрович мог делать, и он последовал совету. Петух расправил крылья.

— Я лечу! Лечу! — завопил он, когда восходящие потоки воздуха подхватили его.

— Низко летит, — заметил Архимаг. — К дождю.

— Маши, бля! — заорал Герой.

Храбрый капрал Петрович сделал ещё несколько взмахов, поднимаясь в полёте, а потом устремился за горизонт, надеясь успеть к Ледовласому, пока не стало слишком поздно.

Архимаг оказался прав. Дождь зарядил почти сразу, едва скрылся из виду Петрович, и не думал прекращаться. Впрочем, это играло только на руку защитникам крепости, спасая городские крыши от пожаров.

Лёха продолжал сидеть на краю стены, не обращая внимания на разыгравшуюся непогоду, а вот все остальные поспешили укрыться в ближайшей башне. Кроме Лёхи, на стене остались только ополченцы-дозорные.

Небо вмиг затянуло чёрными тучами, и солнце окончательно скрылось из виду. На Белый Город опустилась тьма. Дозорные зажгли факелы, но беспокойное чадящее пламя скорее слепило их самих.

Молния расчертила небо надвое короткой вспышкой, и под звуки ужасных громовых барабанов Лёха увидел его. Огромный человекоподобный боевой робот медленно шагал по долине. К его правой руке был прикреплён бур, способный пронзить небеса, а к левой — стальная клешня, готовая сокрушить и смять любого врага.

— Ёлки-моталки… — пробормотал Герой.

Стальной гигант был тем самым вундерваффе, оружием победы, против которого защитники не могли ничего сделать.

— Тревога, бля! — заорал Паладин, вскакивая с насиженного места.

И в тот же момент вся армия тьмы пошла в наступление, словно неумолимое стихийное бедствие, не останавливаясь ни на шаг, пока сзади над ними нависала громада ожившего металла.

— Тревога! Тревога! — снова и снова кричали дозорные, пока остальные солдаты поднимались на свои места.

Лёха сжал кулаки. Вид наступающей, словно одно целое, армии внушал ужас, бескрайнее море уродливой плоти порождений тьмы пододвигалось к стенам, на которых то тут, то там зияли бреши. Людей не хватало. Первый штурм унёс много человеческих жизней, и Лёха понимал, что второй унесёт ещё больше. Особенно, если он не сдержит их натиск. Герой схаркнул вниз, чувствуя себя загнанной в угол крысой.

— Лезут! — крик одного из дозорных прозвучал одновременно с глухим стуком штурмовых лестниц.

— Отпихивайте их нахер! — приказал Избранный, лично хватая багор.

Снизу, из темноты, начало доноситься рычание и крики нечестивых созданий, от которых кровь леденела в жилах. Лёха подскочил к парапету, упёрся багром в перекладину лестницы, оттолкнул назад. Красные светящиеся глаза чудовищ рассыпались в темноте, словно искры, полетевшие из костра под аккомпанемент из воплей и криков.

Но сквозь шум дождя слышатся не только вопли падающих монстров. Вот один из ополченцев пытается оттолкнуть лестницу, но чья-то волосатая лапа хватается за багор и попросту сдёргивает его со стены, и тот летит вниз, прямо в гущу вражеской армии. Вот орк, измазанный грязью и кровью, забирается на стену и сходу крушит строй ополченцев. Вот какой-то неуклюжий солдат опрокидывает чан с кипятком вниз и обваривается сам.

В воздухе снова повис запах крови.

— А ну, иди сюда, дерьмо собачье! — закричал Паладин.

Орк, первым забравшийся на стену, посмотрел на него, на мгновение отвлекаясь от битвы, и тут же получил копьём в горло. Его место тут же занял следующий орк.

— Мочи их, братва! — прогремел над полем битвы голос Избранного, но людей было слишком мало, чтоб удержать всю стену.

Краем глаза Лёха увидел, как Архимаг машет посохом, с которого то и дело слетали огненные шары, испепеляющие монстров при первом касании, как сползает мёртвый орк с фамильного меча фон Брюков, и лорд-протектор с удвоенной силой бросается в гущу сражения, и как даже консул Брут беспорядочно машет копьём, умудряясь каким-то образом попадать в незащищённые места, с одного удара убивая тяжёловооружённых орочьих штурмовиков.

На самого Лёху насели сразу четверо.

— Здохни, юдишка! — прорычал один из них, зеленокожий гигант с двумя топорами, и остальные хрипло расхохотались, со всех сторон наседая на Паладина.

Лёха остался вооружён багром, но с тем же успехом он мог сражаться и черенком от лопаты.

— Вы чё, сука, попутали, — выдохнул он.

Стальной крюк вонзился орку под горло, другому Лёха дал под дых обратной частью древка, третьего могучим пинком отправил в полёт за стену, четвёртому ткнул шипом прямо в череп.