Во власти Скорпиона. Вернуть свое - Майерс Александр, Громм Гриша

Думаю, здесь тоже есть красавицы, которые промышляют чем-то подобным… Вот, по ходу дела одна из них передо мной сидит.

— Вдова? — делаю удивлённое лицо. — Соболезную.

Александра наигранно опускает глазки и промакивает уголки глаз платочком, который быстро достаёт из кармана.

— Трагедия, мы ходили в море на годовщину, попали в шторм. Муж, — она всхлипывает, — он упал за борт.

Ну-ну, охотно не верю. Сама, поди, подтолкнула. Не дождалась, когда старик естественным образом коньки отбросит.

— Так что, граф, выручите несчастную вдову? — она поднимает свои глаза, а в них ни тени скорби, только холодный расчёт.

— Про вдову — это вы зря, — качаю головой, встаю. — Дайте мне минуту.

Поднимаюсь в свой кабинет, открываю сейф. Там, в чёрной бархатной шкатулке, лежит то самое колье. Вернуть — не вернуть? Вот в чём вопрос.

Этой особе явно что-то нужно. В совпадения я тоже не верю. Явилась ни с того, ни с сего, врёт про то, как потеряла свои цацки. Я-то знаю, что она заложила колье. Может, у неё тоже дела идут не очень?

Беру украшение и расписку и возвращаюсь в столовую.

Кладу шкатулку на стол перед Александрой — мне эта штука без надобности, а вот записать баронессу в свои должницы не помешает. Да и в случае чего у меня есть козырь — её расписка.

Вдова медленно тянет свою изящную ручку и открывает крышку. В утреннем свете жемчуг вспыхивает холодным белым огнём. Она смотрит на колье секунду, потом закрывает шкатулку.

— Всё в порядке. Благодарю вас, граф. Вы не представляете, от какой головной боли вы меня избавили.

О как, у неё и мысли нет, что я не отдам колье?

— Всегда рад помочь прекрасной даме, — говорю я, снова садясь, а сам прикидываю: девица явно не из робкого десятка, явилась и требует своё, хотя это уже моё. — Я собирался сам наведаться к вам в гости. И, признаться, я ожидал увидеть… более зрелую особу. Судя по вашему титулу.

Она, наконец, позволяет себе лёгкую, едва заметную улыбку, но в ней нет ничего тёплого. Сплошная фальшь.

— Мой покойный супруг, барон Илья Владимирович, был большим любителем… молодости, если позволите, так сказать. Ему было семьдесят два, когда папаша, задолжавший ему крупную сумму, предложил в счёт долга мою руку. Мне было восемнадцать. Брак, как вы понимаете, был образцовым. Я — украшение на званых вечерах, он — почтенный старец в кресле.

Говорит она это спокойно, ровно, но в каждой фразе — тончайшая, как игла, язвительность.

— Он скончался ровно через год после свадьбы. На нашей первой годовщине. Подарок, надо сказать, бесценный.

Присвистываю от такой откровенности в первую встречу, а ведь у нас даже не свидание, чтобы она вываливала на меня такие подробности.

— Жёстко. Но практично. И теперь вы — богатая, независимая вдова. С землями и титулом.

— Независимая? — она поднимает бровь. — Отчасти. Земли — да. Титул — да. Но вокруг всегда полно… доброжелателей. Желающих «помочь» юной вдове или отобрать то, что, по их мнению, ей принадлежит не по праву. Вроде нашего земельного спора о роще. Вы, кстати, заявление в суд успели подать?

— Не успел, — честно признаюсь. — Дела поважнее были. Но теперь, глядя на вас, понимаю — тяжба обещает быть увлекательной.

Александра смотрит на меня, явно оценивая нового игрока на доске. А может, и выискивает кандидатуру для новой аферы. Уверен, рука и сердце богатому старику — это идея не только её папаши.

Дело попахивает семейным подрядом.

— Вы не похожи на своего отца, граф. Или на того юношу из лечебницы, о котором ходят разные слухи.

— Люди меняются, баронесса. Особенно когда на них начинают охотиться.

— Охотиться? — в её голосе проскальзывает искренний интерес. — Интригующе. Ну что ж… Колье возвращено. Как я могу вас отблагодарить? Деньгами? Отказом от претензий на рощу? Как-то ещё?..

Она многозначительно смотрит на меня, кокетливо хлопая ресницами. У-у, нет, благодарю, постель мне и Оленька отлично греет. А баронесса может ещё и мозги мне вскипятить — спасибо, пока не рассматриваю никаких отношений, кроме деловых.

Я задумываюсь. Деньги — всегда хорошо. Но с такой союзницей или хотя бы нейтральным соседом может быть выгоднее.

— Пока — ничем, — говорю я наконец. — Считайте это жестом доброй воли нового соседа. А насчёт благодарности… я подумаю и свяжусь с вами. Договорились?

Она снова чуть улыбается, встаёт. Её движения плавные, уверенные.

— Договорились, граф Скорпионов. Вы оказались интереснее, чем я предполагала. Жду вашего звонка. И… будьте осторожнее. В нашем краю красивые подарки часто имеют непомерно высокую цену.

— Могу себе позволить, — усмехаюсь я и подмигиваю баронессе, провожая её до двери. — Всего доброго, Александра Игнатьевна.