Тайновидец. Том 2: Эликсир сущности - Рудин Алекс

Игорь Владимирович внимательно прислушивался к сытому урчанию мотора. Подвеска даже не скрипнула, и дед довольно кивнул.

– Отличная машина получилась.

Дорога привела нас к узкому мостику через ручей, который журчал в глубоком овраге. Возле мостика стоял пустой мобиль – наверное, граф Толубеев приехал заранее и уже поджидал нас.

Проехать по мосту было невозможно, так что мы оставили свой мобиль рядом с мобилем графа Толубеева и пошли пешком. Трость деда уверенно постукивала по доскам настила.

На середине моста я остановился и поглядел вниз через перила. Ручей был почти незаметен в густых зарослях лопухов, слышалось только журчание быстро текущей воды. Из оврага тянуло сырой свежестью, тихо зудели неугомонные комары, которых летнее солнце загнало в лесную тень.

– Хорошо здесь, – светло улыбаясь, сказал Игорь Владимирович. – Давненько я не выбирался из столицы. Все дела, суета.

За мостом мы встретили местного охранника – сурово насупившегося парнишку лет семнадцати. Он окинул нас строгим вопросительным взглядом и шмыгнул носом.

– Граф Толубеев нас ждет, – улыбнулся я.

– Я провожу, – кивнул парнишка. – У нас тут строго, без сопровождающего ходить нельзя.

– Любопытные донимают? – поинтересовался я.

– Хуже, – ответил парнишка. – Газетчики так и шныряют. Вы же знаете, какие у его сиятельства лошади? Самые знаменитые кони в столице. Сколько они скачек выиграли! Вот шпионы и толкутся вокруг конюшни, все хотят разузнать – как лошади себя чувствуют, не захромала ли какая, не заболел ли наездник.

Тропинка привела нас к высокому сплошному забору. Подойдя к нему, я почувствовал в воздухе напряжение – это работали охранные магические плетения. Дед тоже ощутил их и довольно кивнул:

– Охрана у графа на высоте. Бережет своих лошадок. Но и устроить такое хозяйство стоит немалых денег. Понимаю, почему Толубеев взял кредит в Уральском банке.

– Давеча один газетчик на сосну влез, чтобы Мальчика высмотреть, – продолжал наш провожатый, отпирая тяжелым ключом калитку в заборе. – Так еле согнали его оттуда. Пришлось собаками травить.

– Может, он потому и не слезал с дерева, что вы на него собак спустили? – со смехом предположил я.

– А нечего тут выглядывать, – сурово ответил парнишка и снова шмыгнул носом.

Широкое пространство за забором было полностью расчищено от деревьев и засеяно травой. Центральное место занимал широкий тренировочный круг. На кругу конюх в заляпанном грязью комбинезоне гонял легкой рысью белую лошадь с темной гривой. В левой руке конюх держал конец длинной кожаной веревки, пристегнутой к уздечке лошади, а в правой – короткий хлыст. Изредка он щелкал хлыстом по голенищу сапога, подбадривая лошадь.

Земля внутри круга была истоптана лошадиными копытами. Кое-где лошади вымесили ее до грязи, но эти места были заботливо присыпаны свежим песком. Справа за кругом находились длинные деревянные конюшни, ветер нес оттуда сладковатый и резкий запах лошадиного навоза.

А слева я увидел двухэтажный коттедж с широким балконом, выходящим на тренировочный круг. Коттедж был оштукатурен и выкрашен белой краской.

– Его сиятельство ждет вас в конторе тренера, – подсказал нам парнишка, указывая на коттедж.

Очевидно, граф Толубеев увидел нас в окно. Когда мы с Игорем Владимировичем подошли к коттеджу, владелец конюшен вышел нам навстречу.

– Очень рад видеть вас, ваше сиятельство! – сказал он, пожимая руку Игоря Владимировича.

Затем Толубеев повернулся ко мне:

– Александр Васильевич, добро пожаловать! Не устаю благодарить вас за своевременную помощь.

– Пустяки, Алексей Дмитриевич, – с улыбкой ответил я.

– Значит, выбрались взглянуть на Мальчика? – весело спросил Толубеев. – Покажем, покажем! Но сначала подпишем дарственную, и я передам вам копию родословной.

Когда граф говорил о лошадях, его глаза горели детским восторгом. Было видно, что лошади для него не просто увлечение, а дело всей жизни.

Мы с Игорем Владимировичем не стали возражать и вслед за Толубеевым поднялись по деревянной лестнице на второй этаж коттеджа, где находилась контора тренера.

Обставлена она была просто – широкий письменный стол боком к окну, а перед ним кресла для посетителей. В углу стоял шкаф со стеклянными дверцами, за которыми поблескивали бутылки.

Вдоль стен тянулись длинные узкие полки, на которых заботливой рукой были расставлены позолоченные, серебряные и бронзовые кубки всех форм и размеров. Отдельно висели многочисленные медали, некоторые из них были величиной с десертную тарелку.

– Сколько же скачек выиграли ваши лошади? – удивленно спросил я.