Когда секс превращается в… Оружие! - Мансуров Андрей Арсланович

— Вот уж нет. — в диалог вклинилась Мать, — Корабль уже обнаружен.

— Что?!

— Как?!

— «Блинн», как говорит майор Сигурдсон, обшаривая «Каракатицу» в очередной раз на таможне, у вас другие вопросы, хотя бы для разнообразия, имеются в загашнике?

— Ты нам тут зубы не заговаривай, а скажи толком: что обнаружила?!

— Обнаружила пока всплеск на детекторе массы, и металлоискатель показывает, что металла там — не менее семидесяти процентов. То есть — думаю, всё же не корабль. А какая-нибудь большая Станция. Предназначенная для проживания на орбите. Только вот она не на орбите, а в дальнем-дальнем космосе. Значит, скорее всего, сами хозяева её туда и отправили. Как водится — во избежание.

— Думаешь, всё — как обычно? То есть — разработка чего-то сверхопасного, и жутко смертоносного? Оружия?

— За это — восемьдесят девять с половиной процентов вероятности.

— А показать можешь?

— Пока нет. Далеко. Но — терпение. Двигаюсь на планетарных, с максимальным ускорением. Через полчаса начну торможение. Выпущу зонды. Тогда всё и увидите.

Пока подлетали, напарники успели позавтракать. Джо методично, как всегда, пережёвывал пищу: тосты с повидлом, бутерброды с паштетом из печени трески, и колбасой. Овсянка. Он помалкивал, пытаясь стряхнуть нехорошие воспоминания. И предчувствия. Но одолевали последние и Пола, а уж он — не из тех, кто станет молчать:

— Неужели нам опять попалась цивилизация, угробившая саму себя? И зачем они эту Станцию отправили куда подальше? А, может, она просто заброшена за ненадобностью, или в связи с выработкой ресурса? А почему тебе снились именно — термиты? Мы же раньше, вроде, никогда…

Если честно, то завзятая, словно у его бывшей, трескотня, сейчас Джо не нервировала, а наоборот: успокаивала. Он — на «Каракатице», напарник рядом. Они живы и здоровы. Пока.

Вот и надо сделать так, чтоб это положение сохранялось и дальше!

Потому что такого сна ему прежде — действительно никогда…

Вблизи Станция напоминала цветок. Ромашку.

В центре явно когда-то имелся некий не то административный, не то — хозяйственный большой блок, сейчас напрочь отсутствующий, если не считать обломков и кусков, кое-как удержавшихся на тонких трубочках соединительно-коммуникационных коридоров. А самих лабораторий-лепестков, тоже соединённых переходами и тросами, имелось аж двадцать одна. И казались они практически нетронутыми.

— Ну что? Зонд что-нибудь нарыл?

— Пока — нет. — Мать показывала картинку с зонда на центральном экране, — Вот эти лаборатории явно сохраняли кого-то живого в момент атаки, и дыры в их корпусе явно пытались заделать изнутри.

— Так ты полагаешь, что…

— Атака почти наверняка производилась теми же, кто этот комплекс и создавал. То есть — грамотно и… рационалистично. В самое уязвимое место. По моим расчётам основные и корректирующие ходовые двигатели, причалы, запасы топлива, кислорода, продуктов, воды и всего остального, равно как и залы для приёма пищи, отдыха и сна, душевые, спортзал, и всё прочее, находилось в центральном блоке. И после его уничтожения никто там, в «лепестках», больше нескольких дней, или даже часов, продержаться не смог бы.

— Погоди-ка, Мать. — Джо ткнул пальцем, — Тут у меня что-то не вяжется. Если они уничтожили основной двигатель, кто же, и как, вывел их сюда, в жуткую космическую дыру?!

— Сюда эта Станция долетела на инерциальном ходу, сама. А запустили её, насколько могу судить, с помощью банального космического буксира. То есть — разгонного корабля. Который, придав ей нужный импульс, просто убрался оттуда.

— И откуда, и сколько времени эта полукилометровая бандура летит?

— Летит она вот отсюда, — Мать вывела теперь на экран схему близлежащего космоса, указав мигающей точкой место старта, — Вот из этой солнечной системы с восемью планетами. И летит она оттуда не менее восьмисот двадцати, ну, плюс-минус десяток, лет.

— Хм… Стало быть — живых там, внутри, точно не осталось?

— Абсолютно.

— И никакие… Э-э… Термиты, или ещё какая кусачая гадость… Там тоже — того?

Джо мысленно усмехнулся: похоже, навязчивая идея о насекомых напрочь засела в голове напарника. Хотя Станция как раз была спроектирована — явно под людей. Двуногих прямоходящих млекопитающих. Обычного роста и веса.

— Наверняка. Даже если самых выносливых и опасных насекомых там разводили и модифицировали для применения в качестве оружия, за восемьсот-то лет попередохли и самые упёртые и стойкие. Это же — не бациллы и бактерии, которые могут сохраняться в виде спор даже без кислорода, и даже в вакууме.

— Утешила. И «вдохновила». Ну что, напарник? Оденем костюмы высшей защиты, и — как всегда?

Джо от перспективы был не в восторге, но деваться некуда. Работа есть работа:

— Да. Только… Пусть дрон с плазменной пушкой будет ждать нашего возвращения на наружной поверхности челнока!

Долетели и опустили челнок на выбранный «лепесток», имевший, вообще-то форму параллелепипеда, за пару минут. Их новое приобретение — автономную портативную пушку-робота с плазменным и ионным излучателями! — Мать закрепила действительно на носу челнока. Как высказался Джо, мотивируя желание приобрести её — «Не всё же мне таскать на закорках этот чёртов драндулет!», имея в виду их повидавший виды плазменный резак.