Маскарад - Саймак Клиффорд Дональд

– Не могу понять вашу странную позицию, – возразил Пейдж. – Меня заверили в Вашингтоне…

Крейг взъярился.

– Мне плевать, что вам наобещали в Вашингтоне. Вы отправитесь обратно, как только придёт корабль с кислородом. И без Свечей.

– Это никому не повредит. И я готов хорошо оплатить услуги…

Крейг пропустил намёк мимо ушей и наставил на Пейджа карандаш.

– Позвольте объяснить ещё раз, – сказал он. – Очень тщательно и подробно, чтобы вы поняли.

Свечи – коренные жители Меркурия. Они были здесь первыми. Они были здесь, когда пришли люди, и, вероятно, останутся здесь ещё долго после того, как люди уйдут. Они не трогали нас, а мы не трогали их. И не трогали мы их по одной-единственной причине – и по чертовски веской причине. Видите ли, мы не знаем, на что они способны, если их разозлить. Мы боимся их возможных действий.

Пейдж открыл рот, чтобы заговорить, но Крейг жестом велел ему замолчать и продолжил.

– Это организмы из чистой энергии. Существа, черпающие жизненную субстанцию напрямую от Солнца – как и мы с вами. Только мы её получаем окольным путём. В этом смысле они гораздо эффективнее нас, ведь поглощают энергию напрямую, а мы – через химические процессы.

И это почти всё, что мы можем сказать. Ибо это всё, что мы о них знаем. Мы наблюдали за Свечами пятьсот лет, и они всё ещё остаются для нас чужаками.

– Вы полагаете, они разумны? – спросил Пейдж со скрытой насмешкой.

– А почему бы и нет? – прорычал Крейг. – Вы думаете, что нет, раз Человек не может общаться с ними? Только потому, что они не лезут из кожи вон, чтобы заговорить с людьми.

Если они не идут на контакт, то это не говорит об их неразумности. Возможно, они не общаются с нами потому, что их мышление и логика не имеют общей основы для осмысленного контакта с человечеством. Возможно, они считают Человека низшей расой – расой, не стоящей траты время.

– Вы рехнулись, – выкрикнул Пейдж. – Они наблюдали за нами все эти годы. Они видели, на что мы способны. Они видели наши космические корабли – видели, как мы построили эту станцию – видели, как мы передаём энергию на миллионы миль к другим планетам.

– Верно, – кивнул Крейг. – Всё это они видели. Но впечатлило ли это их? Уверены, что да? Человек – великий архитектор! А вы бы лезли из кожи вон, чтобы поговорить с пауком, или садовой иволгой, или роющей осой? Чёрта с два! А ведь они великие архитекторы, каждый из них.

Пейдж яростно подпрыгнул в кресле.

– Если они превосходят нас, – проревел он, – где же плоды их трудов? Где их города, их машины, их цивилизации?

– Возможно, – предположил Крейг, – они переросли машины и города тысячелетия назад. Возможно, они достигли такой стадии цивилизации, где им не нужны механические приспособления.

Он постучал карандашом по столу.

– Подумайте вот о чём. Свечи бессмертны. По-другому и быть не может. Им просто не от чего умирать. У них, по-видимому, нет тел – просто сгустки энергии. Таков их ответ окружающей среде. И у вас хватает наглости думать их поймать! Вы, ничего о них не знающий, планируете увезти их на Землю, чтобы использовать как цирковой аттракцион, как приманку для зевак – на потеху дуракам!

– Люди прилетают сюда, чтобы посмотреть на них, – возразил Пейдж. – Множество людей. Туристические бюро используют Свечи в своей рекламе.

– Это другое дело! – Крейг уже рычал. – Если Свечи хотят устраивать представление на родной территории, то тут ничего не поделаешь. Но вы не можете увезти их отсюда и выставлять напоказ. Это сулит неприятности, и немалые!

– Но если они такие, чёрт возьми, разумные, – взвизгнул Пейдж, – зачем они вообще устраивают эти представления? Только подумаешь о чём-то, и – пожалуйста! – они уже стали этим. Величайшие мимы в Солнечной системе. И никогда у них ничего не выходит правильно. Всегда всё шиворот-навыворот. А в этом-то и вся прелесть.

– Шиворот-навыворот, – отрезал Крейг, – потому что человеческий мозг никогда не создаёт безупречно точного образа. Свечи изменяют себя согласно уловленным мыслям. Когда вы о чём-то думаете, вы не даёте всех деталей – мысли отрывочны. Нельзя винить в этом Свечей. Они берут всё, что вы им даёте, и додумывают остальное, как умеют. Отсюда и верблюды с развевающимися гривами, верблюды с четырьмя и пятью горбами, верблюды с рогами – бесконечный парад причудливых верблюдов, если вы думаете о верблюдах.

Он сердито швырнул карандаш на стол.

– И не обольщайтесь, что Свечи делают это нам на потеху. Скорее всего, они считают, что мы придумываем шикарные образы, чтобы доставить удовольствие им. Вот они и развлекаются. Вероятно, единственная причина, почему нас здесь терпят, – потому что у нас такие забавные мысли.

Когда человек впервые появился здесь, они катались по поверхности просто красивыми цветными шарами. Кто-то назвал их Римскими свечами, потому что они так выглядели. Но с того дня они становились всем, что когда-либо воображал человек.