Сказки с крыш - Батхен Вероника Владимировна

— А теперь он докатился до моего подвала, — возразил бродяга. — Он мой.

— Вот ещё! — обозлилась Миу, распушилась и клацнула зубами.

Бродяга не стал драться. Он убрал лапу с мячика и подался назад:

— Ладно. Не так-то много удовольствий у тебя наверху, бедняжка, забирай свою игрушку и радуйся.

От обиды Миу распушилась ещё больше:

— Это почему это я бедняжка? На себя посмотри, пугало подвальное! И морда в шрамах!

— Это не шрамы, а боевые награды, — приосанился бродяга. — А бедняжка потому, что сидишь у себя на крыше, и ничего интересного в жизни не видела.

— Можно подумать, ты видел, — огрызнулась Миу.

— Конечно, — осклабился бродяга. — Ты вот на крыс охотилась?

— Нет, — сказала Миу. — Я их только издалека видела.

— А я их ем. А ещё я видел Крысиного Короля, — бродяга глянул, достаточно ли Миу впечатлилась, и продолжил. — Белый Байкер и Крысиный Король бились целую ночь на свалке за гаражами. Белый Байкер отрубил Королю хвост, а я трофейчик-то подобрал. Хочешь глянуть? Кстати, меня зовут Мяфть.

— Миу, — застенчиво сказала Миу.

И они побежали в подвал глядеть на хвост Крысиного Короля. Потом — смотреть как в сквере за домом играет на дудочке деревянный смешной человечек, покрашенный в веселенький красный цвет, а вокруг него пляшут дети. Потом Мяфть провел Миу по всем интересным местечкам в округе, рассказывая какая бабушка кормит котов свежей рыбкой, какая не жалеет печенки, какая варит вкусную кашку, а какая вытаскивает сушеную дрянь. Потом они попробовали поохотиться на крыс, но ничего не вышло — им было весело, они смеялись и перемяукивались, а крысы слышали это и удалялись, вальяжно волоча за собой хвосты.

На другой день Миу пригласила нового знакомца к себе, показала, как здорово гонять воробьев и как просто таскать из форточек разные вкусности. Она отыскала для Мяфтя домик, в котором прячется от новых жильцов старенький домовой, приманила на зеркальце солнечных зайчиков, спела песенку — в общем, показала, что кошки с крыши тоже не лыком шиты.

На закате они вдвоем сидели на трубе и смотрели, как опускается солнце. Они оба были гордые звери и гуляли сами по себе, но иногда так приятно встретить чуткое, понимающее сердечко.

— Мурррр, — вздохнула Миу и потерлась щекой о друга, — если кто и бедняжка, так это сиамка с девятого этажа. Со всей своей красотой, со всей ловкостью сидит у каких-то людей в квартире и не знает, что такое настоящая жизнь.

— Мяфф, — согласился Мяфть. — Бедная киска как ей должно быть одиноко. Смотри — летучая мышка летит…

А сиамка в это время сидела дома, в уютном хозяйском кресле. По телевизору показывали сериал «Короли Саванны», на экране ноутбука мерцала недописанная статья по сравнительному анализу муррканья московских и питерских мурок, на фарфоровой тарелочке дожидался благосклонного внимания хвост креветки, покрывало на кресле было вышито кошками всех на свете пород. Прилетела летучая мышь, замахала крылышками. Сиамка бегло проглядела почту, разложила её на три кучки, лениво решая, кому первым ответить — мейн-куну из Амстердама, леопарду с Килиманджаро или светской сплетнице сфинксице из Нью-Йорка. Услышав тихое мяуканье за окном, она лизнула лапку, потянулась и муркнула:

— Уличные кошки — такие бедняжки. Ну что, скажите мне, что они видели в этой жизни?

…Говорящие на одном языке порой нуждаются в переводчике. Думающие на одном языке — нет.

Феечка водосточной трубы была скромной и очень застенчивой. Она так не любила кого-нибудь утруждать, что сама ставила заплатки на крылышки вместо того, чтобы отнести их в ремонт. Когда феечки собирались потанцевать в лунном свете, она летала так низко и пела так тихо, что её никто не замечал. Говорили даже, будто феечка водосточной трубы это выдумка — зачем нежным созданиям жить в таких невыносимых условиях? …Те, кто так говорил, просто никогда не бывал на крыше. И не знал, как струится в трубе вода, как чудесно кружит поток, как пушистыми цветами расплываются в пыли первые капли дождя. И не пробовал играть на сосульках в последнюю ночь января — тонкой-тонкой серебряной палочкой трогать лед и слушать, как тает в тишине робкий звук. И не засыпал, зарывшись в опавшие листья — нет на свете постели нежнее. И… не стоит рассказывать всех секретов, ведь вы тоже захотите стать феечками, а крыш на всех не хватит.

Наша феечка строго следила за водосточной трубой, и каждый день, нарядившись в комбинезончик с прорезями для крылышек, лазала по ней вверх и вниз, проверяя — не пора ли подкрутить гаечку, не проржавели ли скобы. Когда чердачные крысы устраивали американские горки и с писком катались по трубе вниз, феечка их пускала, хотя и ворчала в кулачок. А вот чердачных котят не пустила — малы и лапки переломать могут. За это кошки-мамы связали феечке теплый шарфик, варежки и носки из кошачьей шерсти. Поэтому, когда над крышей дул северный ветер или кружилась метель, феечка не мерзла — она сидела в своем домике с фонарем над входом, пила чай из жасминовых лепестков и радовалась.

Как-то осенью у феечки было много хлопот, и она позабыла смести с крыши опавшие листья. Когда зима кончилась, и пригрело апрельское солнышко, у самой трубы пробился зеленый росток. Сначала феечка думала, что это сорная травка и улыбалась, что у неё теперь есть свой садик. А тем временем росток тянулся к свету, креп и наливался силой. К октябрю листики у него покраснели, и оказалось, что это клен — красивый маленький клен. Феечка очень обрадовалась. Чтобы деревце не замерзло зимой, она закутала его в собственный плед и надела шапочку на макушку — надела бы и носочки с варежками, но не нашла, куда. И всю долгую зиму волновалась — хватит ли деревцу тепла.