Это не любовь... - Карр Анна

– Как завтра?! – резко затормозила я. – Мне сегодня нужно уехать…

– Почему? – нахмурилась она.

– Да у меня нет здесь никого, а гостиница… – начала объяснять я.

– Это всё ерунда! – отмахнулась она, – Останешься у меня. Оттуда же и позвонишь, предупредишь там всех, кого надо… если надо. – Кивнув на последнюю в коридоре комнату, она прокомментировала, – Фотомастерская. Если горит красный, то не входи – съедят живьем! Завтра с тобой будет работать Полина. Она неплохой фотограф, отснимет пробники. До этого - стилист… Если все будет гладко, то завтра же поговорим о контракте.

Развернувшись, мы быстро двинулись обратно, кивнув на несколько рядом расположенных дверей по противоположной стене, Вика прокомментировала «Гримерки» и, толкнув среднюю, вошла внутрь. Гримерка представляла собой небольшую комнатку, состоящую из трех зон, выделенных каждая в своем цвете. В каждой зоне стоял шкафчик, небольшой трельяж с огромным зеркалом и эргономичное кресло на колесиках. В углу стояла душевая кабина с темными стеклами.

Виктория присела на трельяж в бордовой зоне:

– Это будет твоим… – провела она ладонью по столешнице. – Везде висят коммуникаторы, – Она кивнула на белую трубку на стене, –Это внутренняя связь, – Я на цифре два, первая – это ресепшн, третья – Женька… С остальным потом разберешься.

Я подошла к своему новому месту и посмотрела на себя в зеркало через её плечо. Наклонившись и касаясь Виктории, я оставила на сверкающей зеркальной поверхности отпечаток своих губ и подмигнула сама себе.

– Хороший запах… - пробормотала Виктория, втягивая воздух недалеко от моего ушка.

– Courage[1] … – озвучила я ей название.

– Изысканно… – вдохнула она еще раз, уже касаясь меня, и я вздрогнула от удовольствия. – И очень подходящее название... Пойдем…

Отстранившись, я пропустила Викторию немного вперед, и мы молча дошли до ее кабинета. Открыв дверь, она пропустила меня внутрь и тут же ответила по трезвонящему телефону. Разговаривая и одновременно запустив пальчики в маленькую кожаную сумочку под цвет ее блузы, она отыскала связку ключей и, показав один, всунула его мне в руки. Не прекращая разговор, быстро написала адрес на бумажке и тоже отдала. Прикрыв динамик, она прошептала мне:

– Скажи Лиле, чтобы вызвала для тебя такси… Расслабляйся там. Я буду поздно.

***

– Отлично… Шикарно… Самое то! – бормотала Вика, разглядывая только что занесенную Полиной пачку моих фотографий.

Не отводя глаз от снимков и что-то там комментируя, она выдвинула ящик и положила передо мной несколько листов.

«Трудовой контракт » – прочитала я.

Пробежавшись глазами, я подхватила со стола ручку и начала заполнять пропущенные строки.

– Завтра можешь начинать. У меня проект горит, как раз под твой типаж, там дня на четыре работы. Ты пока у меня оставайся, а потом…

Я протянула ей заполненные бумаги и она, прервавшись, начала их перечитывать.

– Сколько-сколько? – нахмурилась она.

– М? – не поняла я вопроса.

– Тебе сколько лет!?

– Четырнадцать…

– Четырнадцать!? – она запустила руки в свою рыжую копну и взбила волосы, – Ты не можешь подписать это, к сожалению. Ты несовершеннолетняя. По закону… Блять! Да тебе ж минимум восемнадцать!!!

На её лице застыло что-то между раздражением и удивлением и почти сразу сменилось разочарованием. Мне захотелось разгладить ее нахмуренные брови. И я, заправив ей за ушко выбившуюся рыжую прядь, скользнула пальчиком по виску и скуле.

– Восемнадцать… – усмехнулась я, – Я тоже в этом уверена! Но долбанные бюрократы… – и уточнила: – Нам не судьба..?

– Так. Стоп! – тормознула меня Вика, взмахивая передо мной открытыми ладонями, – Кто у нас родители? Мама может подписать за тебя контракт?

– Ммм… – задумалась я, прикидывая все варианты психологического давления и аргументы, которые я могу использовать для реализации этой идеи. – Процентов на девяносто – да.

Вика задумалась, накрыв мою руку, лежащую на столе, своей ладонью, немного подалась вперед и выразительно замолчала. Я прислушивалась к новым приятным ощущениям и тоже подалась ей навстречу, сокращая расстояние.

– Очень хочется обнаглеть… – закусив пухлую губку, пробормотала она, вглядываясь мне в глаза.

– Так не отказывай себе… – подмигнула я.