Чудовище для проклятой - Вельская Мария

— Посмотрим, что делать будем. Но работать и заниматься кланом ты сейчас не будешь!

— Я не буду переутомляться, а заниматься тем, что мне приятно, вместо того, чтобы сидеть в покоях взаперти и лить слёзы — буду! Милый мой… Шиэр… — насторожился. Хорошо он меня знает! — ты знал, что я не чаэ в шелках, что будет тихо читать ведьминские книги и плескать ядом от безысходности в поместье мужа. Я анорр, я глава Рода — и сидеть сложа руки — не буду! В последний месяц отойду от дел — обещаю. Но не раньше. Всё будет благополучно. И ано Ракташ непременно за этим проследит, правда же?

Мне показалось, или Асторшиэр был чересчур доволен? А целитель с трудом сдерживал смех?

— Непременно прослежу за тем, чтобы госпожа была полностью здорова и благополучна, как и наследники. Ей будет полезно заниматься любимым делом, — с легкой улыбкой заметил целитель.

Молчание. Долгое, Задумчиво.

— Головой отвечаешь!

— Так трогательно, сейчас расплачусь! — призрачный дух многозначительно промокнул глаза платочком — и исчез, чтобы не попадать потомку под горячую руку.

Шиэр повернул голову — и снова, как будто в первый раз, я замерла, любуясь хищной красотой этого анорра. Мой. Весь мой, с ног и до макушки. Пальцы зарылись снова в распущенные и уже растрепанные пепельные волосы. Мягкие, как шёлк.

Супруг напряженно замер под мгими прикосновениями. Целитель куда-то исчез.

Мир сузился до блестящих разноцветных глаз, до желваков на скулах, до крепких, но осторожных объятий, до ловких пальцев, которые беззастенчиво расстегивали крючки платья на спине.

— Я прощён?

И, отвечая на собственный вопрос, самоуверенное величество накрыло мои губы своими. Забирая мимолетный испуг. Даря нежность. Ведя разговор на ином, бессловесном уровне.

Да слова и не были нужны, когда пели души.

Когда я смотрела на то, как супруг опускается на колени, целуя живот с таким благоговением, как будто наблюдает за рождением божества. Когда он подхватил меня на руки снова, кладя на постель, покрывая поцелуями каждую клеточку тела.

Когда жар от его объятий и касаний становился настолько невыносимым, что я сама прошу пощады, не забывая, впрочем, сделать вид, что уступаю лишь на время.

Когда же сумасшедшая страсть схлынула, я обнаружила себя лежащей на груди мужа. Шиэр выводил пальцем невидимые узоры на моей спине и впервые за всё время, что я знала его, выглядел по-настоящему расслабленным и умиротворенным.

Мне тоже было спокойно. Тепло и светло, и сердце сжимало от того, насколько же мы счастливы. Сейчас. В этот самый момент.

— Моим самым разумным решением было вернуться в столицу тем ранним утром, когда я столкнулся с одной бестолковой приезжей девчонкой, — разноцветные глаза сейчас были полны эмоций, которые переворачивали саму душу. — Я люблю тебя. Ты моя женщина, ты будешь матерью моих детей, и никогда я бы не увидел на этом месте никого больше, — признание было высказано ровным тихим голосом, но оно было дороже любого подарка.

— Несносный, — пробормотала, пытаясь скрыть смущение и восторг, — вредный, — поцелуй в грудь, — самый невероятный, — поцелуй продвинулся чуть выше, коснувшись шеи, — и любимый манипулятор…

— Продолжай, мне нравится! — бархатисто погладил низкий голос.

Шиэр выглядел довольным. Ну как Вейши после миски отбивных!

— Но всё равно, что бы ты ни говорила, дорогая моя, официальное празднество будет перенесено на ближайшее время!

Я честно пыталась протестовать. И даже организовала коварное нападение, но была взята в плен и нещадно заласкана до полной капитуляции.

Свадьба действительно состоялась спустя две недели. А ещё через семь положенных аноррам месяцев императрица Каарра родила двух чудесных детишек — близняшек, мальчика и девочку. Ийрия и Арану.

И вот тогда — то вся империя поняла, что до этого они жили слишком тихо и скучно.

Ну а я? Я была просто счастлива. Любима. И бесконечно благодарна этому миру за всё, что он мне дал.