Наша первая осень - Аверина Екатерина

– Нет, – оттаивает, но всё равно обламывает мне только нарисовавшиеся планы. – Мне действительно надо бежать. И я правда не знакомлюсь.

– Окей, – улыбаюсь ей, сделав шаг назад. – Ещё увидимся.

Она смеётся, разворачивается на пятках своих потасканных кроссовок, едва не зацепив меня гитарой, и тихо отвечает:

– Это вряд ли.

Возвращаюсь к мольберту и, ещё раз усмехнувшись, беру в руки краски. Скручиваю крышку с одного из тюбиков, подношу к лицу и глубоко вдыхаю.

Кайф…

Кошка, знала бы ты сколько стоит этот набор, вряд ли бы назвала меня бедным.

Погружаюсь в работу, стараясь передать свет, отражения, объёмы открывающейся передо мной картинки. Такая медитация помогает, и я полностью беру эмоции под контроль. Не удаётся унять только желание тёплого женского тела, но и это легко решается.

Достаю мобильник, большим пальцем скроллю по экрану в поисках нужного номера. Жму на зелёную. Спустя несколько длинных гудков в трубке раздаётся приятных голос девочки-администратора.

– Привет. Хочу сделать заказ на всю ночь.

Всё равно мне снова не спать. Хотя бы получу от этого удовольствие.

– Есть какие-то особенные пожелания? – спрашивает она.

– Тёмненькая девочка, в идеале брюнетка. Глаза… – да плевать, это уже перебор. – Пожалуй, всё. Остальное стандартно, адрес тот же. Время… – задумчиво стучу кисточкой по колену. – К десяти пусть подъезжает.

– Поняла вас, Илья Борисович, – обращается как к постоянному клиенту их vip-салона. – За час до выезда девушки я ещё с вами свяжусь.

– Окей, – сбрасываю и убираю трубку в карман.

Собираю краски и кисти, упаковываю в чехол незаконченную картину и, прогулявшись вдоль ограждения набережной, выхожу на парковку к своему Гелику.

Потратив на дорогу около часа, поднимаюсь в квартиру. За год, что я в ней живу, ровным счётом ничего не изменилось. У меня всё ещё нет кровати, потому что класть на неё некого. Диван, шкаф, письменный стол, небольшая тумбочка, спортивный инвентарь и следы моей крови на стене, которые так и не удалось полностью замыть после того, как я разбил об неё кулаки. А ещё пара полок с книгами, вешалка в прихожей, кухонный гарнитур. Вот и всё. Здесь по-прежнему пусто и холодно.

Сгрузив мольберт и краски возле письменного стола, раздеваюсь в спальне, подбираю одежду и голым иду в душ. Долго стою под водой, вообще ни о чём не думая. Так иногда хорошо, когда в голове пусто. Прогулка действительно помогла.

Обмотав бёдра полотенцем, оставляя мокрые следы на светлом паркете, варю себе кофе и устраиваюсь на кухне с книгой.

В девять звонит администратор из салона, подтверждает заказ, а через час с небольшим звонок раздаётся в дверь моей квартиры.

Подтянув сползшее полотенце, иду открывать.

– Да ла-а-адно? – дёрнув бровью, довольно скалюсь, увидев, кого мне прислали.

– Вот чёрт… – жмурится зеленоглазая брюнетка.

Илья

Так и стоим. Она смущается, как пятнадцатилетняя девочка, старательно отводя взгляд от моего практически голого тела, а я улыбаюсь, снова её рассматривая. В конце концов я за это плачу.

Вместо джинсов с дырками на коленках и прикольного кота, с которым мы успели подружиться в отличие от его хозяйки, на ней платье. Чёрная классика на тонких бретелях облегает очень даже неплохую фигурку. Я бы взял в ладонь эти двоечки… Но взгляд возвращается к её пылающему лицу. Потому что у меня не сходится! Такая реакция никак не вяжется с опытной элитной шлюхой.

Я предпочитаю их не только потому, что чистые, они ещё и прекрасно знают себе цену в прямом смысле этого слова. Хороший секс без неприятных последствий не может стоить дёшево. Девушки, которые идут в эту отрасль, уж точно не краснеют и не пытаются спрятать панику во взгляде. Её там нет по умолчанию. Брюнетка же на моём пороге сейчас сгорит заживо.

– Так и будешь там стоять? – делаю шаг назад, чтобы она могла войти.

Очевидно, что адресом Кошка не ошиблась, поэтому пока поиграем. Может, это прикол такой, бонус от салона? Эмоции в подарок для постоянного клиента?

Глухо стукнув каблуками о паркет, входит в прихожую. Тянусь прямо мимо неё, защёлкиваю внутренний замок, заодно улавливая ноздрями сладковатые духи. Ей не идёт. И макияж, который сейчас скрывает то, что мне так зашло на набережной, хочется смыть. Он делает из неё куклу, пусть и красивую, но не натуральную.

– А ты не хочешь одеться? – тихо спрашивает Кошка, стреляя взглядом в полотенце, опять сползшее очень низко на бёдра.

– Зачем, если всё равно снимать? – усмехаюсь я.

– Да, точно… – выдыхает, прикрыв глаза.