Седина в бороду, Босс… вразнос! - Трофимова Любовь

– Ща расслабим, – пообещал я и, прижав её к себе, впился в губы требовательным поцелуем.

И всё!.. Будто кто-то нажал на скрытую волшебную кнопку, напрочь отключая разум и включая животные инстинкты, подкреплённые обожанием. Нам не требовались слова и подсказки. Мы знали друг друга наизусть и мгновенно переключались в режим единого целого.

Из ванной выползли разморённые и довольные, а в кровать рухнули даже не одеваясь. Только и успели нырнуть под одеяло, как дверь резко открылась и, ударившись о стену, завибрировала.

Хмурое и лохматое нечто молча прошлёпало к нашей кровати и, ловко вскарабкавшись, с настойчивым кряхтением протиснулось между нами.

– Полчаса поспала, – пробормотала жена и, вздохнув, обречённо добавила: – Идём на рекорд.

Аришка смерила сканирующим взглядом маманю, посмевшую возмущаться прямо при ней, и, юркнув мне под бок, свернулась уютным калачиком.

Покачав головой, Ира хмыкнула и, достав из-под подушки свою сорочку, быстро натянула её на себя. Потом пристроилась с другого бока и, примостив голову на моём плече, улыбнулась.

– А ведь она в тебя, – изучив свои сопящие сокровища, тихо заметил я. Чмокнув засыпающую Аришку в носик, повернулся к Ире и, отзеркалив поцелуй, подмигнул: – Может, ещё одну родим?

– Разведусь, – пытаясь скрыть улыбку, заворчала жена.

– Обожаю, – передразнил я и, обняв своих девочек, закрыл глаза.

Чёрт с ним, что борода поблёскивает первой сединой. Пофигу, что жизнь превратилась в вечный цирк, а клоуны прописались в ней навечно.

Я люблю, любим и безмерно счастлив! Чего и вам желаю.