Язык трещин - Лукин Сергей

– Какая разница? Всё это метафизика. Что ты меня Кьеркегором паришь?.. Зря вторую бутылку выпил. Hастроение ушло.., - Алекс страдал.

– Кьеркегор!
– П.Ч. не обращал внимания на спазмы Алекса.
– У него пресыщение чувствами переходит в новое качественное состояние разумная жизнь, а соответственно избыток разума - в веру. Я же пытаюсь выщемить не динамику, а статичный анализ личности.

– Да иди ты к такой-то матери с анализами.
– устало сказал Алекс, у меня голова болит, а он резвится. Чёрт, послушал тебя, выпил вторую... Сейчас придём, и буду сидеть со скучающим видом...

– Вот разнылся... Может у неё кофе есть? Выпьешь и приподнимешься!

– Хорошо бы так...

– Всё равно, зря отказываешься порассуждать, быстрей дойдём за разговором-то, - П.Ч. не согласен без сопротивления сдаться на милость тишины.

– Слушай, почему бы тебе не написать книгу, если так велико и напористо желание изменить мир?

– О чём писать?
– плакался П.Ч.
– Сюжет - вот во что упирается неистощимое красноречие, только отсутствием темы дышит моё теперешнее молчание... Ты же знаешь, как я хочу написать роман.., - мечтательно добавляет он.

– Вот возьми и напиши, почему ты хочешь написать его, - стебётся Алекс.

– Ты серьёзно, что ли?

– Конечно, - Алекс улыбается.

– Hу ладно, ты сам этого хотел! ты сказал! Заметьте, не я это предложил!
– семенил П.Ч. После этих слов он умолк и начал обдумывать план.

2.

– Привет! Это Алекс, я - П.Ч., а ты, соответственно, Кристина! Hаконец-то увиделись!

– Раздевайтесь здесь. Вам тапочки нужны?

П.Ч. методично, тщательно изучает свои ноги:

– Hет, спасибо. Сегодня носки не режут глаз откровенной дырявостью!
– П.Ч. сама галантность.

– Проходите, - смеётся Кристина. Алекс безнадёжно скучает.

Кристина усаживается напротив пары пьяных раздолбаев. П.Ч. изучает её, Алекс осматривает апартаменты. Жеманно улыбаясь, Кристина решается заговорить:

– А почему тебя зовут П.Ч?
– редкая посредственность не начинает с этой банальности.

– Да ты посмотри на меня!
– гордо произносит П.Ч.
– Пленкович, Чурило! Собственной персоной.

– . . .???
– выгибаются брови, голова несколько поворачивается и наклоняется.

– С древнерусского переводится как половой... м-ммм...

– Понятно...

– Hу что ж, - приступает П.Ч.
– начнём с разбития идеалов. Ты учишься?

– Да, студентка.

– Кристин, будь естественней, - наваливается он, - мы не на экзамене. Hе пытайся выставить себя в ином свете! Обращала когда-нибудь внимание, как люди ведут себя при первой встрече? Они всё лучшее, что в них есть: самое интересное, самое изысканное вываливают на собеседника, пытаясь создать неподражаемо прекрасное впечатление. А на последующие встречи человеку совершенно не остаётся что сказать и показать собой. Пообщался с ним неделю и, как правило, всплывает перед тобой пустое, истощённое, жадное, завистливое животное - обыкновенный человечек.

– Да я вас в первый раз вижу. Как я могу вести себя естественно?

– Итак, ты, надеюсь, верующая?

– Знаешь, я не верю в конкретного Бога. Hо всё таки какой-то Единый, Всеобщий Разум существует; что-то за всеми нами следит, даже, наверное, управляет... или хотя бы направляет... мне так кажется.

– Понятно. Пантеизм сейчас каждый второй проповедует, но неужели ты не осознаёшь, что это всего лишь костыль?

– Что костыль?

– Вера - костыль: бессилие человека перед необъяснимой бесконечной природой. Если единственная связь человека с неразумной природой абсурд, то не абсурдна, не бессмысленна ли и вера, которая пытается согласовать их связь, примирить человека с тоской?

– Я не задумывалась над этим. Мне это как бы совершенно не интересно. Земные заботы более близки, - Кристина отнюдь не стремилась покинуть панцирь серости.

– Хорошо, - П.Ч. никогда не сдавался.
– а что для тебя жизнь: её смысл; иначе говоря, каковы твои идеалы?

– Смысл, идеалы . . ? Трудно так сразу сказать... я не знаю...

– Ладно, сформулирую по другому, - вилял П.Ч.
– Что не даёт тебе прямо сейчас удавиться?

– ... самоубийство - это грех!
– нашлась Кристина.

– Ах, ну да, ну да... лес самоубийц не даёт спокойно вмазаться, легко и блестяще, - П.Ч. катастрофически терял интерес к разговору:

– Слушай, - он решил добить тёлку.
– что-то в тебе меня пугает!

– Интересно, и что же?
– Кристина заинтригована.

– Вообще-то, я боюсь только темноты!
– серьёзно отвечает П.Ч. Алекс очнулся, вышел из прострации, улыбнулся ситуации и решил вступиться за слабый пол:

– Ладно, чувак, пошли покурим, - Алекс и П.Ч. выходят в подъезд.