Стихи - Мармель Фастен Ла

6 мая 1871 года, в самый разгар Коммуны (как в переносном, так и в прямом смысле, ибо Париж выгорал целыми кварталами), Ла Мармель выходит на волю; в тот же день коммунары берут его в заложники, приговаривают к расстрелу, но в последнюю минуту милуют как революционного поэта и отправляют на баррикады. После разгрома Коммуны Ла Мармеля как революционного поэта арестовывают, едва не высылают на каторгу в Новую Каледонию, но в последнюю минуту пересматривают дело [12] и отправляют в уже известный ему Шарантон [13] . Там Ла Мармель впадает в глубокую депрессию, от которой избавляется в 1872 году: он выходит из лечебницы в день кончины Теофиля Готье. Скрываясь под псевдонимом Нефаст л'Арм-е-л'Ам [n'efaste — злосчастный, злополучный, роковой; arme — оружие; ^ame — душа (франц.)], поэт предлагает свои новые стихотворения в готовящийся сборник «Надгробье Теофиля Готье»: письменный отказ занимает свое место в тетради с красной обложкой.

Ла Мармель дает уроки немецкого языка [14] и продолжает безуспешно осаждать редакции газет и журналов: «Ревю дю монд нуво» (1873), «Репюблик де летр», «Ревю критик» (1874)… В 1875 году ему удается всучить свои стихи редактору третьего сборника «Парнас контампорен», Катулу Мендесу, но редакционное жюри в составе Теодора де Банвиля, Франсуа Коппе и Анатоля Франса ламармелевские произведения отклоняет. По свидетельству одного из основателей группы провансальских поэтов-«фелибров», Теодора Обанеля, уязвленный Ла Мармель гордо выходил на балкон, сжигал рукописи со своими «бестолковыми виршами», да еще и развеивал пепел по ветру [15] .

К середине 70-х годов Ла Мармель остается без средств и ведет почти нищенское существование. О его жизни в течение десяти лет нет никаких сведений. Известно, что Пьер Луис устраивает Ла Мармеля в небольшое издательство учебной литературы, где тот успевает стать соавтором двух книг дидактического характера: «Немецкие слова» (1877) и «Боги современности» (1880), после чего издательство прогорает. Г. Кан составляет Ла Мармелю протекцию в «Ар э ля мод», «Куп» и «Ревю бланш» [16] , Ш. Кро пересылает его «идумейские пальмы и мальвы» [17] в «Эпрев» и «Плюм», М. Роллина пытается заручиться поддержкой Ж.-М. Эредиа и Й.-К. Гюисманса [18] , но все усилия остаются тщетными — Ла Мармеля нигде не печатают, Ла Мармель сжигает рукописи и пополняет тетрадь с красной обложкой.

15 марта 1892 года Ла Мармель получает отказ сразу от трех журналов («Меркюр де Франс», «Фигаро» и «Фё вер»). В этот же день он передает С. Меррилю [19] тетрадь с «отказными» письмами [20] и сообщает, что уезжает в Бельгию… Вечером того же дня в его доме происходит взрыв и разгорается сильный пожар; газеты свяжут инцидент с террористической деятельностью анархистов-бомбистов. Что касается Ла Мармеля, то дальнейшая его судьба неизвестна…

В 1898 году бельгийский издатель Деман издает поэтический сборник «Разглагольствования» [21] ; на предпоследней странице — между извещением об издании романа «Невротики» Арведа Барина (псевдоним писательницы Винсен) и анонсом грядущей публикации драматической пьесы «Театр любви» де Порториша — фигурирует некролог, в котором опускаются не только имя и фамилия, но еще и дата, место и обстоятельства смерти одного из самых неистовых и неизвестных поэтов XIX века [22] . Текст некролога, без указания времени и места захоронения, состоит всего из одной фразы, помещенной в траурную рамку: «Погиб непризнанный поэт, всю жизнь свои стихи сжигавший, а красная тетрадь была при нем…»…