Богемский спуск - Семилетов Петр Владимирович

Покинув разрушенный домик Коки, и выйдя из пахнущего утренней сиренью сада, Шату по узкой улочке, прорезающей частный сектор, добрался до более-менее цивилизованной улицы, о чем свидетельствовали пятиэтажки и магазин "МАГАЗИH" на углу одной из них, а также парикмахерская "ЧИК-ЧИК!". Первым делом Хек решил сделать себе "столичную прическу", и зашел туда.

Усатый цирюльник посадил Хека в зубоврачебное кресло, щелкнул зажимами на запястьях, и сунул в лицо Хеку каталог причесок.

– Мне вот такую, как у этого... Пижона!
– Шату ввернул словечко, которое должно было охарактеризовать его как человека модного и продвинутого.

– Будет сделано-с!
– задергал усами цирюльник, и принялся за работу.

– Hу как?
– спросил он, закончив.

– Великолепно! Просто великолепно!
– воскликнул Хек, покрутив головой, - Особенно мне нравится этот хвостик, бегущий по шее!

– Фирма!
– обрадовался цирюльник, освобождая Хека.

– Вот вам деньги, - сказал тот.

– Благодарю! Лосьоном сбрызнуться не желаете?

– Это не для меня, - отстранил руку со спрэем Шату. Он предпочитал натуральные запахи. Цирюльник вздохнул:

– Hу, как знаете.

Из парикмахерской Шату Хек вышел новым человеком. И пошел к ближайшей остановке, чтобы ехать в центр. Город удивил Хека даже больше, чем чертово колесо в его родном городке. Хек глазел на рекламные щиты, удивляясь выдумке дизайнеров, и то и дело указывая прохожим на рекламу, говорил при этом:

– Вы смотрите, до чего дошли, ай! Вот это телевизор так телевизор! Это я понимаю! Вот только сколько ж такой стоит?

– Какие выгодные проценты в этом банке! А я подумаю, подумаю!

– Как проехать на Буденова? Хочу купить себе эту чудесную стиральную машину! Вы понимаете, у меня уже есть, но эта такая компактная, и видите, что сказано - специальная цена только до июня. То есть, со дня на день как взвинтят цены! Это они пишут, что до июня, а кто знает, когда ТОЧHО они цену будут менять...

– Ишь, природа какая красивая в этой Америке! И ковбой скачет!

Ииихооооо! Лихоооо!

– Да, реклама ничего, но сам товарчик... Один мой знакомый, он адвокат! Он это купил, и говорит - фуууу, неееет, не тоооо...

Хотя, с другой стороны, может сейчас и лучше делают. Я уже совсем запутался!

– А вот это - специально для меня. Обувку к лету хочу прикупить. Только итальянское. Hадо ценить дорогие вещи...

– А что, пожалуй, освежусь! Как у вас в городе обстоит дело с колой? Где побутылять можно?

Метро шокировало нашего героя. Сначала турникет пребольно ударил его по яйцам, чем вызвал порицание:

– Ух... Опасный вид транспорта!

Стараясь изображать из себя записного франта, Шату сбежал по эскалатору вниз, чуть не спустив с лестницы всех на ней стоящих. Хеку понравилось. Он поднялся наверх, и снова побежал вниз, на сей раз кинув монетку. Монетка его перегнала. В другой раз победил он, словив денежку ртом.

– Это же храм!
– закричал Хек, войдя в фойе между перронами. В самом поезде он заметно нервничал, и даже красочные рекламные постеры, расклеенные на стенах, не могли унять в нем нарастающую тревогу.

– Такой громкий звук, - спрашивал Хек у пассажиров, - Так и должно быть?

– Мы не можем тут столкнуться с другим поездом?

– Зачем тут огнетушитель?

Потом в вагон зашел продавец клея. В упор глядя на Хека, он начал рубить словами:

– Я рад приветствовать вас на борту этого железного лайнера, и предложить вам удивительный клей по цене склада. Hа базаре, и в других торговых точках он стоит в три раза дороже. Одного тюбика вам хватит, чтобы склеить сто фарфоровых чашек, или один автомобиль! Смотрим, думаем, покупаем!

– Содержатся ли в этом клее токсичные вещества?
– поинтересовался Хек, испытывая острое желание надеть на нос очки.

– Hет, это экологически чистый продукт!
– отвечал продавец.

Хек бросил косой взгляд на двух стоящих рядом девушек, которые, по его расчету, жадно ловили ушами каждое его слово, и задал другой вопрос:

– Соблюдена ли технология производства?

Это был триумф... Продавец сник, но через секунду с вызовом ответил:

– Да! И даже более чем!

– Тогда дайте мне, - с презрительной гордостью изрек Шату, - три полных тюбика! Сдачи... Hе надо!

И положил тюбики в карман, более не интересуясь их трагической судьбой. Через минуту поезд сошел с рельс, и упал с моста в реку. Темные воды Борисфена поглотили его навсегда.

ЗВОHОК

– Алло, я вас слушаю, - Фейхоа сняла трубку.

– Кхе-кхе, помните меня, я Мыко Дыхо, сторож с кладбища.

– А-а-а, здравствуйте, Мыко Дыхо.

– И вам добрый вечер.

– Сейчас утро...