Бесогоны - Ильичев Сергей Ильич

– Фома, неужели ты до сих пор не понял, что отца Михаила специально прислали на наш курс, чтобы он отобрал из нас лучших для формирования команды универсальных экзорцистов…

Тут уже и сам отец Михаил не смог удержаться от доброй улыбки.

– Тебя как звать, всезнайка?

– Александр Быстров, ваша праведность…

– Я запомню… Однако же продолжим. За что же мы все-таки боремся, если, благословясь, берем на себя смелость совершать чин «отчитки»? Кто мне ответит на этот вопрос?

– Ну как же? Ясно, что за здоровье человека… – вступил в диалог еще один семинарист. Он был кругленький, с глазками-бусинками. Этакий простачок…

И снова аудитория буквально взорвалась от гомерического смеха.

– Давно я так не смеялся… – произнес отец Михаил. – Кто же ты, дорогой наш доктор Айболит?

– Семинарист Юрий Демидов…

– И все же, семинарист Демидов, предметом совершения любого таинства является последовательная и кропотливая борьба за человеческие души. И вот кто в этой борьбе пересилит, тому она и достанется.

– Это как перетягивание канатов? – уже с улыбкой вопрошал Леонид Полевой.

– Примерно… – улыбаясь, ответил ему иеромонах.

– Интересно, а бесы делают на нас ставки? – заинтересовался Фома.

– Почему бы и нет! – снова поддержал остроумную реплику семинариста иеромонах Михаил и, посмотрев на часы, сказал:

– Пожалуй, я расскажу вам одну поучительную историю, которая была мне рассказана.

Семинаристы замерли.

И преподаватель начал рассказ.

– В одном из крупных издательских концернов Москвы, специализирующемся на выпуске литературы для нашей интеллектуальной элиты, в должности заместителя главного редактора одно время работал Михаил Юрьевич Меньшиков.

Его ум, врожденная интеллигентность, профессиональный опыт работы редактора и умение находить контакт с самыми разными людьми позволяли редакции последние десять лет держаться на плаву, при этом последовательно претворяя в жизнь библейское изречение «сначала было Слово»…

У него была жена Галина – актриса, оставившая сцену и практически посвятившая всю свою жизнь ему, старший сын Антон и девчушка Маша.

Каждый день за завтраком Михаил Юрьевич делился с семьей своими рассуждениями о законах бытия и быта, как бы компенсируя этими пространными монологами тот пробел в их образовании, который, как он считал, был связан с тем, что вся молодежь в последнее время очень мало читает.

При этом, правда, не замечал, что иногда неоднократно повторялся в своих суждениях, но дети делали вид, что не замечали этого, и смиренно ждали окончания этих ежедневных «политинформаций».

Слово отца в этой семье было законом.

Галина несколько раз попыталась немного соуправлять этой мудрой головой, но у нее из этого ничего не получилось. И она покорилась судьбе. Правда, при этом стала чаще посещать церковь, что стояла у них прямо напротив дома.

Основная часть работы героя нашего рассказа проходила опять-таки дома за мощным компьютером. Его знания, помноженные на возможности самого компьютера, прекрасно дополняли друг друга. Они словно срослись вместе и составляли единое целое. И в этом единении, как вы уже сами понимаете, не оставалось места семье… Что и вызвало появление некой трещинки в их отношениях. Это как с разбитой от неловкости чашкой. Склеить-то ее склеили, а трещина осталась уже на всю жизнь… Впрочем, в сегодняшнем мире это происходит сплошь да рядом. Я и сам-то еще, к сожалению, не видел ни одной счастливой семьи.

Зато на работе на Михаила Юрьевича просто молились.

И вот однажды ему на стол кто-то положил компакт-диск, с которого все и началось…

Игра, в которой ему предложили поучаствовать через Интернет, была чрезвычайно многообещающей. И думаю, что могла бы понравиться каждому из вас. Необычайные разрешительные свойства игры помещали тебя в особый, сконструированный кем-то мир, где ты, а точнее, твое второе «я» само могло выбирать для себя любую профессию или должность. Давала возможность открывать свое дело и накапливать капитал, знакомиться с самыми разными людьми на свете – такими же участниками, как и ты сам, которые при этом становились твоими друзьями. И ты, вступая с ними в некие доверительные отношения, в любой момент мог попросить у них помощи или совета.

– Но хоть что-то могло ограничивать этот выбор? – спросил преподавателя Фома.

– Этот выбор не был ограничен ни временем, ни пространством, ни иными социальными условиями. Хочешь быть президентом – будешь, захотел попробовать себя в роли митрополита – твое право!..

Семинаристы, услышав последнее, мгновенно отреагировали на интерес Фомы.

– Фома-то наш сегодня прямо ожил, а то все сидел обуреваемый думой, что он на сельском приходе делать-то станет… – произнес Александр Быстров.

Теперь уже курс насмеялся досыта.

Батюшка дождался тишины и продолжил:

– Среди членов этого клуба только в столице уже были один из бывших премьер-министров, несколько банковских олигархов, известные деятели науки и культуры.

– Так эта игра действительно существует? – поинтересовался уже рыжий семинарист Леонид.

– Да, только она закрыта для простых смертных. А вот всем допущенным в нее открылась, по сути, волшебная дверь в некий удивительный запредельный мир, в котором они могли вершить чужие судьбы и даже менять ход истории…