Раздели мою боль - Андреев Юрий Андреевич

– Нет-нет, – поспешно ответил тот, отводя взгляд. – Ты читай, читай!

Дрожащими руками Олег раскрыл телеграмму, и глаза почему-то сразу предательски покрылись пленкой от набежавшей влаги. Буквы расплывались, не позволяя прочесть слова целиком и вникнуть в смысл написанного. Он протер глаза и снова уставился в текст:

«Света с матерью и отцом погибли в автомобильной катастрофе по дороге из аэропорта. Похороны завтра, мама».

«Наверное, это какая-то ошибка, – лихорадочно подумал он, еще не вполне осознавая смысл прочитанного, – что-то перепутали».

Олег еще раз тщательно исследовал текст, начиная с адреса, все было верно. И тут же ощутил сиюминутный кошмар, который охватывает с сильного похмелья, когда по обнаженным до предела нервам провели наждаком. В памяти всплыл давешний монах. Олег зажмурился и, словно это было только вчера, увидел старый парк, развалины усадьбы, часовня на задворках, поиски подземного хода и фигура в темной до пола одежде с капюшоном в проеме. Возможно, это было все лишь совпадением, но тогда почему монах появился снова в часовне монастыря? Хотел предупредить о грядущей беде, а он не догадался? А если б догадался? – трагедию мог предотвратить…

Очнулся он от легкого прикосновения руки.

– Собирайся, дорогой, – стараясь казаться спокойным, произнес Сосо, – внизу машина ждет. Сразу поедете в аэропорт, билет уже заказан, – и вдруг, не выдержав, разрыдался, – такая красота под колесами какой-то железки погибла! Своими бы руками виноватого задушил! Каюсь, я даже однажды хотел отбить ее у тебя!

На похоронах Олег стоял внешне совершенно безучастным, Света в его памяти навсегда уехала в Болгарию, а все остальное было неважно.

Конечно, ни о каком возвращении на кафедру теперь не могло быть и речи. Одно дело, соболезнования сокурсников по телефону, которые можно выслушивать, особо не вникая в суть, и заученно отвечать на дежурные вопросы. И совершенно другое – бродить в одиночестве по институтским коридорам, еще хранящим летящую Ланкину походку, заглядывать, как в зеркала, в огромные оконные стекла в надежде, что откуда-то сзади возникнет ее лицо и, ловя изо дня в день сочувственные взгляды, постоянно слышать приглушенный шепоток за спиной. Но особенно тяжелыми были ночи. Не в силах заснуть, Олег ворочался с боку на бок, а в измученном мозгу мелькали обрывки ситуаций, предшествующие трагедии, пока внезапно они не собрались воедино, будто это происходило только вчера.

Конец ознакомительного фрагмента.