Другой берег - Карпович Ольга

Приблизившись, они смогли, наконец, разглядеть человека, с которым, увлеченно жестикулируя, разговаривал Андрей. Это оказался древний бородатый дед в обрезанных валенках, ватных штанах и телогрейке, поверх которой лежала длинная пегая борода. Старик стоял у самой кромки воды, рядом с ним клевала носом каменистый берег дощатая лодка – синяя, с намалеванным на левом боку красной краской номером.

– Дедуля, я ж тебя русским языком спрашиваю, где тут люди, а? – кипятился Андрей.

– Люди-то, милок? – прищурившись с каким-то безумным лукавством отозвался дед. – А они везде, смотреть только лучше надо. Все люди, все твари божии.

– Понеслась душа в рай… – нетерпеливо буркнул Андрей. – Ты мне по-человечески ответить можешь – как нам к деревне выйти?

– А это, смотря к какой, – хитро заметил дед. – Вам какая требуется – Заречье или, может, Ракитки? А то хотите, – кивнул он подошедшим Софье и Кириллу, – полезайте в лодку, я вас на тот берег свезу.

– Отец, зачем нам тот берег! – взвыл Андрей. – Мы туда и по мосту можем, если припрет.

Старик развел руками:

– Как знаешь, мил человек. – Только ведь как оно бывает – кажется, что путь легкий, вон он, перед тобой, не заплутаешь. А сам пойдешь, да и заблудишься. Вот и выходит – без провожатого никак.

– Псих какой-то, – буркнул Андрей и снова заговорил со стариком, стараясь произносить слова, как можно громче и отчетливей, как будто это могло бы ему помочь достучаться до упрямого деда. – Дедушка! Сюда смотри – нам помощь нужна! Ок, допустим, переберемся мы на тот берег, а там что? Деревня ближайшая там или нет? Ты сам-то откуда, где живешь, а?

– Издалека я сам-то, – вздохнул дед. – Туда вам и не добраться, поди. Разве что с Божьей помощью…

Андрей схватился руками за голову и в отчаянии забегал взад вперед по берегу.

– Погоди! – остановил его Кирилл и подступился к деду. – Послушайте, мы попали в беду.

– Это-то я вижу! – закивал дедок, смерив Кирилла пристальным взглядом. – В беде вы, ребятушки, в какой еще беде. Уж ты-то, мил человек, – он указал корявым старческим пальцем на Кирилла. – больше всех.

– Да он издевается! – возмущенно воскликнула Софья.

А Кирилл спросил, нехорошо сощурившись:

– Это почему же я на особом положении?

– Так а я что же, я ничего, может и ошибаюсь, – заюлил старик. – Показалось, что думы тебя гложут невеселые. А так-то, откуда ж мне знать, грешному? Что у кого на душе только самому человеку ведомо, да Богу одному.

Кирилл сжал зубы, на щеках заиграли желваки. Кажется, он хотел ответить что-то резкое, но сдержался и произнес отрывисто:

– Ладно, давайте пока оставим богословские вопросы в покое. Поймите, мы попали в аварию, наша машина утонула. Все личные вещи, деньги – все пропало. Нам нужно добраться до жилья, обогреться, просушить одежду. И – самое главное – найти какую-то связь, позвонить родным, в ГАИ, наконец.

– А ты бы к Богу, милый, обратился, просил смиренно наставить тебя на путь истинный, да спасение в великой милости его даровать. Может, Господь бы тебе и подсказал…

Кирилл нетерпеливо мотнул головой, но деда не так легко было сбить с толку.

– А коли молиться не умеешь, так я подскажу. Может Господь то нас через нашу беседу то и услышит, да и поможет Вам. Али, может, какие грехи у тебя, что обратиться к Господу не решаешься. Ты не бойся, милосердие Его не знает границ.

– Ну, началось, – устало вздохнула Софья. – Покайтеся, грешники!

Чуть отвернувшись от деда, покосившись на Софью, Кирилл произнес едва слышно:

– Он ненормальный. Шизофреник с навязчивой идеей. Не спорь с ним.

Но старик, кажется, услышал, потому что растянул в ухмылке провалившийся рот, показав редкие зубы, и протяну нараспев:

– А что ж, может, и так. Стар я уже, может, и разумом стал мутиться. Ты человек молодой, ума светлого, великого, – тебе всяко виднее.

Андрей, не слышавший последних слов их беседы, уже снова раздраженно наступал на старика:

– Слушай, ты, проповедник недоделанный! Кончай нам мозги компостировать. Говори давай, как к деревне выйти, а то я своими руками тебе отпущение грехов устрою!

Андрей угрожающе наседал на старика. Тот под его напором попятился, оступился и нелепо плюхнулся в лодку. От толчка та пришла в движение и начала медленно отползать от берега.

– Эй, стой, стой, не уплывай! – заорала Софья. – Где тут люди? Где деревня? Ну хоть пальцем укажи, гад!

Но дед, все так же раскорячившись на дне лодки, лишь заполошно махал на них морщинистыми руками. Вода, плавно покачивая плоскодонку, относила ее все дальше и дальше. Вскоре они исчезла за поворотом реки. Друзья снова остались одни.