В глухом углу - Снегов Сергей Александрович

В это время Светлана прибежала со справкой. Комендант институтского общежития свидетельствовал, что в его доме временно поселена иногородняя Светлана Белицкая, приехавшая для поступления в институт. Московской прописки документ заменить не мог, но объяснял законность появления Светланы в московском райкоме. Здесь ее ждала новая неожиданность.

— Секретарь у себя, — сказала Валя. — Можно пойти. Только, знаешь, я раздумала ехать в Норильск. Поедем лучше в Рудный.

Светлана, возмущенная, потребовала объяснений, но Валя путалась и ничего толком не объяснила. Ее страшили пурга и Северное сияние, и уже не так привлекал институт, все равно год они потеряли, это видно по всему. Светлана подтащила подругу к щиту и ткнула на фотографию барака, даже слепым было видно, что жить в таком сарае немыслимо — теснота, глушь, дикая река, дикая тайга и небо какое-то хмурое и неприбранное, совсем не ясное, каким ему следует быть. Но Валю не пугала теснота, земля была как земля, не хуже, чем в других местах, а к небу она равнодушна, ей всякое подходит.

Тогда Светлана догадалась, что произошло в ее отсутствие.

— Это все тот волосатик наплел! Увидел, что меня нет, и подобрался! Не спорь, не хочу ничего слушать! Слышишь, не смей оправдываться!

Валя молчала. Светлана заговорила еще горячей.

— Я еду в Норильск, так и знай! Я не из тех, кого первый попавшийся проходимец сражает ласковым взглядом.

— Как хочешь, Светочка, — сказала Валя. — Я поеду в Рудный.

Светлана от ожесточения заплакала, не стесняясь людей. Она всхлипывала, вытирала глаза, отворачивалась от подруги. Еще несколько минут она надеялась, что на Валю подействуют ее слезы. Но та была грустна и молчалива, она всегда бывала такой, когда шла против воли друзей. Светлана успела уже узнать — в эти минуты ее ничем не переубедить. Она сердито схватила ее за руку.

— Пойдем! Я не могу тебя покинуть, без меня ты пропадешь, ты слишком веришь каждому прохвосту. И знай: я его ненавижу! И не допущу, если он станет задуривать тебя.

— Светочка, — сказала обрадованная Валя. — Ты хорошая!..

— Не смей! — закричала Светлана. — Я не хорошая, а разумная, и кто плохой, того вижу насквозь! Что же ты стоишь? Идем, пока я не раздумала.

У двери к вербовщикам Светлана потребовала у Вали зеркальце.

— Ужас просто! Все глаза заплаканные. Вот до чего ты меня доводишь!

У Дмитрия уже не было такой нужды в людях, как утром, когда казалось, что его стол обходят. Но он с удовольствием принял двух новых рабочих. Он благодарно улыбнулся Вале, та опустила голову. Светлана с неприязнью наблюдала и за его улыбкой, и за смущением подруги.

— Завтра комиссия, — напомнил Дмитрий. Светлана заторопилась к секретарю. Но секретарь ушел на бюро.

— Все ты виновата, — упрекнула Светлана. — Твои перебежки с места на место. Вот и секретаря нет. Теперь жди до завтрашней комиссии.

Она хмурилась и не глядела на расстроенную Валю.

С утра рассматривали заявления лиц, вербующихся в Норильск и Колыму, после обеда — остальных. Но никто не хотел отсиживаться до обеда. Ровно в десять в приемной появились братья Внуковы, Валя и Светлана, Игорь, Вера, Вася и Леша. Немного позже пришла и Лена и, как вчера, стала в сторонку, ни с кем не разговаривая.

Вербующиеся в Рудный встретились, как старые знакомые.

— Строительно-таежное здрасте будущему трудовому герою! — приветствовал Георгий Веру. — Как головешечка? Мы с Сашком еле доплыли — земля под ноги бросалась.

— Отстаньте! — Вера отмахнулась. — Ужас, как вы меня напоили! Утром подруги еле добудились. Я рассказала, с кем еду, многие завидуют, что завела интересное знакомство.

Георгий поклонился.

— Тронут, сдвинут и опрокинут! Большое благодарю. Сашок, здоровайся, ты в порядочном обществе. С нами не пропадешь, Верочка. Мы народ компанейский — для вас и рубашку с вас, ничего у приятеля не пожалеем!

Саша что-то пробурчал, протягивая руку.

Курносый Вася свысока посмотрел на Лешу.

— У тебя, конечно, на приеме номер первый? Так куда же — в Норильск или Магадан? Ты ведь в какой-то столичный центр вербовался?

Вчерашняя обида у Леши не прошла. С него мигом слетело спокойствие.

— Чего пристаешь? Видали мы таких, что нос задирают! Еду в Рудный, а спрашиваться у тебя не буду.

— Врешь! По глазам вижу — заливаешь!

— Вот еще! — Леша презрительно покривился. — С чего нужно?

Вася потянул его за руку.

— Еще один из наших — Игорь. Пошли! Игорь застенчиво поклонился Васе и Леше.

— Как у тебя? — спросил Вася. — Доставил маму? Заявление приняли?

— Приняли. С мамой в порядке. Но я боюсь, как на комиссии?

— Путевку получишь, как дважды два, — заверил Вася. — Но лучше, если мама опять заявится, чтобы не подумали, что удираешь от семьи.

— Мама на работе, но обещалась к двум. Она всегда исполняет, что обещает.

Они втроем гуляли по коридору, толкались у двери секретаря, где заседала комиссия, и снова изучали фотографии на щитах.