Публикация «архива Митрохина» вызвала шпионские скандалы как в самой Англии, так и во Франции и Италии. Поэтому неудивительно, что в ближайшее время готовятся к печати второй и третий тома «Архива Митрохина». Сам же Митрохин получил то, к чему так стремился, — мировую скандальную известность и неплохие деньги. Поэтому ему не придется, как другому перебежчику из КГБ Виктору Макарову, устраивать голодные забастовки у стен английского парламента или идти на мошенничество, как это сделал бывший майор ПГУ КГБ Михаил Бутков, бежавший в Англию в 1991 году.
На этом в рассказе о выпускниках Кембриджского университета, сотрудничавших с советскими спецслужбами и работавшими в разное время в английских спецслужбах, можно поставить точку. Хочется только добавить, что до конца узнать всю правду о событиях тех лет вряд ли будет возможно в ближайшее время. Из архивов СВР, ставших частично доступными в последние годы, стало известно о существовании в Англии в 30—50-х годах параллельно с «кембриджской» группой агентурной сети из выпускников Оксфорда, «первый человек» (Филби) которой имел псевдоним Скотт (Шотландец). Поэтому говорить о том, что все тайны советской разведки давно распроданы и известны на Западе, явно преждевременно.
В Стране восходящего солнца
Отношения России с ее дальневосточным соседом — Японией, — имеют давнюю историю. Еще в середине XVII века российские представители пытались наладить с ней контакты. Но проводимая феодальными правителями (сёгунами) Японии политика самоизоляции привела к тому, что подлинно добрососедские отношения были установлены лишь после 1855 года, когда Россия получила право на торговлю в японских портах. Однако в дальнейшем положение изменилось. При поддержке Англии, которая имела свои далеко идущие планы на Дальнем Востоке, Япония в 1875 году отторгла от России Курильские острова. Начавшаяся в 1904 году русско-японская война закончилась для России тяжелым поражением. А в 1918 году японские войска оккупировали Приморье, Забайкалье и Северный Сахалин, сосредоточив на русском Дальнем Востоке 21 пехотную дивизию и другие части.
Начиная с 1922 года, когда российский Дальний Восток был освобожден от оккупировавших его японских войск, молодое советское правительство неизменно выражало готовность к установлению с Японией политических, торгово-экономических и других связей. Но руководящие круги Японии, проводя активную милитаристскую политику, направленную на захват большей части Азии, вынашивали планы отторжения от СССР территорий за Уралом. Поэтому деятельность советской внешней разведки в Японии и на оккупированных ею территориях была крайне важна и необходима для обеспечения безопасности молодого Советского государства.
Здесь надо отметить, что хотя после заключения в январе 1925 года Пекинского договора в Токио начало функционировать советское полпредство, постоянной резидентуры ИНО ОГПУ при нем не было. Некоторое время обязанности резидента исполнял некто Сверчевский. Но его деятельностью в Центре были недовольны, так как он в основном занимался интригами внутри полпредства, и в конце 1926 года Сверчевский был отозван в Москву.
Первая постоянная легальная резидентура ИНО ОГПУ появилась в Токио в марте 1928 года, когда туда прибыл Владимир Павлович Алексеев. Под фамилией Железняков он стал первым резидентом внешней разведки в Японии. Алексеев пробыл в Токио до 1931 года, когда его сменил Иван Иванович Журба (Шебеко), до этого с января 1928 года бывший резидентом ИНО в Дайрене под прикрытием должности консула. Но в связи со специфическими особенностями японского общества и жестким контрразведывательным режимом особых успехов в конце 20-х годов токийская резидентура не достигла. Впрочем, Алексееву неоднократно удавалось получать важную информацию во время официальных приемов и конфиденциальных бесед с аккредитованными в Токио дипломатами. Но все же гораздо более продуктивно работали по Японии резидентуры, действовавшие в Сеуле, Харбине, Шанхае и других городах Китая.
1900-1988.
Член РКП(б) с 1919г. Председатель Гомельского укома ВЛКСМ, сотрудник Земельного отдела уездного исполкома.
В 1919—1920 гг. служил в РККА, затем в органах ВЧК-ОГПУ, уполномоченный Восточного отдела ОГПУ.
В 1925 г. окончил восточный факультет Военной академии РККА, после чего был направлен на заграничную разведработу в Харбин.
С 1928 г. работал в полпредстве СССР в Токио под именем Владимира Владимировича Железнякова: с апреля 1928 по апрель 1931г.— второй секретарь, в 1932— 1934 гг. — первый секретарь полпредства и генконсул.
В 1935—1937гг. — референт по Японии секретаря ИККИ О. В. Куусинена. Был репрессирован. Находился в заключении. Освобожден и реабилитирован.
1896 — 2.02.1940.
Родился в с. Смородинка в Белоруссии в крестьянской семье. В августе 1915 г. призван на военную службу. В 1919 г. вступил в РКП(б).
В 1919 г. (с января по апрель) служил в РККА. С мая 1919 г. — в ВЧК-НКВД, был уполномоченным ОГПУ в Туркреспублике по Восточному отделу ОГПУ. Окончил восточный факультет Военной академии РККА (1925) и назначен в распоряжение ОГПУ. Секретарь консульства в Кобе (Япония) в 1925—1927 гг., вице-консул в Сеуле (Корея) в 1927— 1928 гг. консул в Дайрене (Китай) в 1928—Ї930 гг. В 1931—1932 гг. — агент НКИД во Владивостоке.
В 1933—1938 гг. — второй секретарь полпредства СССР в Японии.
Арестован 27 марта 1939 г. Расстрелян 2 февраля 1940 г.
Реабилитирован в 1956 г.
Так, еще в 1923 году харбинская резидентура получила информацию о наличии у Японии планов создания в Северной Маньчжурии независимого мусульманского района с целью развертывания разведывательной работы в мусульманском движении в советской Средней Азии. В 1924 году через горничную чиновника японского генерального консульства в Харбине были получены важные японские документы, в том числе около 20 шифров. А в 1928 году сотрудники харбинской резидентуры достали материалы о планах Токио образовать в Маньчжурии Независимую Маньчжурскую республику.