– Кстати, все три случая обладают уникальной особенностью! По расчетам аналитического искина на основе известной биографии - все трое имели потенциал 96,71% достичь карьерных высот, благодаря выдающимся тактическим и аналитическим способностям.
– Проще говоря, Вы вытащили потенциальных, но, не вовремя, погибших гениев военного дела.... Почему тогда не Суворов или, допустим, Сталин?
– Честно говоря, пытались...
– смутился Корольков.
– Но, сознание первого было намертво заякорено в своем времени. Предположительно из-за того, что он полностью реализовал свой потенциал военного стратега.
– А второго не разрешил я. Не хватало нам еще повторения истории с революциями - заметил Громов.
– Убедил, Анатолий Остапович - теперь уже смутился император.
– На каком сейчас этапе работа с выдернутыми сознаниями?
– Собираем информацию для моделирования телесной оболочки идентичной, эм... утраченной. Для уменьшения психологического диссонанса. Так же разрабатываем систему адаптации.
– Плюс рассматриваем возможность, так сказать, привить к сознанию несколько дополнительных блоков. Для усвоения информации, за последние пару веков без вывиха сознания.
– Хорошо. Держите меня в курсе событий. Доклад каждую неделю. Все, работайте, господа!
Уже прикрывая за собой дверь, Громов услышал, как император обращается к своему адъютанту.
– Паша, плесни-ка водочки. А то у меня голова кругом, от таких известий.
Директор ГРУ усмехнулся про себя, все-таки император тоже человек, а человеческому разуму сложно переварить такие новости и не сорваться с резьбы. Не каждый же день сообщают, что изобрели эликсир бессмертия и машину времени в одном флаконе.
Глава 2
Пробуждение .
Мгла. Серое безвременье. Абсолютно невозможно следить за течением бесконечных минут. Сколько прошло времени? Я не знаю. Может быть час, а может целая вечность. Тысячи и тысячи белесых субстанций. Они мечутся в этой бескрайней мгле. Им страшно. Их страх пропитывает все вокруг, он разливается в пространстве подобно океану. Накатывает волнами, погребая под собой новые, только что образовавшиеся островки белого тумана. Так был о и со мной. Со мной? А кто это - я? ...
Не важно! Если начать думать об этом, я стану таким же. Таким как они! Источающим бесконечный страх и голод - н и что.
Иногда рядом со мной возникают огоньки. В странной мгле они кажутся нестерпимо яркими. Почти все они - холодные, я боюсь приближаться к ним. От них разит чужим. От других - веет теплом и чем-то до боли родным. Такие, я впитываю в себя. Да кто же я? Нет! Нельзя! Нельзя думать об этом! Нужно ждать! ...
Чего ждать? Я не знаю. Но, ждать нужно! ...
Не часто, но, приходят мысли и образы. Например, недавно пришла странная картина. Человек. Человек стоит на коленях в храме. Сотни свечей освещают десятки икон. Он молится. Откуда эта картина?
"Какое странное посмертие, не таким нам его описывал отец Никодим!". Что такое посмертие? И кто такой Никодим? Я не знаю. Нужно ждать....
Что это? ... Свет? ... Какой яркий свет! ... Он движется.... Он идет за мной! Нет! НЕ-ЕТ!! А-А-А-А-А-А!!!!! ...
01 января 3377 года. Планета Новый Петербург. Столица Звездной Российской Империи.
Лаборатория N1 Института передовых технологий.
– Поздравляю, Карл Иосифович! Мы полностью скомпилировали матрицу объекта "Один"! Матрица успешно загружена в носитель.
– Погружайте объект в искусственную кому, Николай.
Корольков устало откинулся на спинку эргономического кресла. Прикрыл покрасневшие глаза, давая себе небольшой отдых, после двенадцати часовой операции, равной которой, мир еще не видел. И эту не увидит. Во всяком случае - не сейчас.
Но таков удел любого гения. Самые значимые открытия - почти всегда похоронены под десятком грифов совершенно секретно.
– Ну, Григорий Андреевич Спиридонов, великий флотоводец её величества Екатерины второй - с новым тебя рождением!